XI. Мы не будем делать никаких указаний относительно того, как должны быть выполнены все задачи, предстоящие перечисленным формам науки, но сделаем только несколько общих замечаний относительно материи и формы. Неполно определять материю как «начало протяженное», потому что, указывая на атрибут ее, мы не раскрываем при этом ее природы; и несправедливо, потому что протяженность присуща и пространству, которая не есть материя. Справедливее и, быть может, полнее будет определить ее как начало пассивное и безобразное. Материя пассивна, потому что хотя изменяться и, следовательно, быть пассивным может, напр., и идея, однако она бывает и деятельным началом, чем материя никогда не бывает. Что пассивность лежит в природе материи, это видно из того, что она задерживает собою все деятельное; оказывает сопротивление всякой силе как источнику деятельности; замедляет в себе всякое движение, как бы сообщая движущемуся часть своей пассивности. Безобразна же материя потому, что хотя она, как это было доказано выше, и никогда не была лишена формы, однако по природе своей противоположна и враждебна всякой форме. Это ясно из того, что всякая вступающая в материю форма – что можно наблюдать при смене их – вступает в нее с трудом, преодолевая ее сопротивление: материя не сразу приобретает какую-либо новую форму, но медленно и как бы сопротивляясь вступает в нее (форму) и, даже вступив – удерживается в ней лишь до тех пор, пока что-либо внешнее сдерживает ее в заключающих пределах, и, раз исчезает это внешнее сдерживающее, материя вновь расседается, высвобождаясь из своей формы; так что и первоматерия, соединяясь с первоформою, претерпела некогда, можно думать, могущественное влияние какой-либо силы. Противоположность между матернею и формою видна также и из того, чем становится форма по соединении с веществом: при таком соединении она утрачивает свою чистую природу. И в самом деле, в незамещенном пространстве всякая форма пребывает в чистой природе своей; овеществляясь же, она становится только подобием того, чем была в пространстве, способным напомнить разуму о своей первоначальной природе. Так, овеществленная окружность есть не совершенная форма окружности, но только приблизительная: с присоединением материи она потеряла свою чистоту.
