Переходим теперь к явлению жизни, присущей, как мы замечаем, всем организмам, и притом только им одним. Жизнь есть обнаружение целесообразности в явлениях, подобно тому как только что рассмотренный нами организм есть обнаружение целесообразности в веществе. И действительно, жизнь организма слагается из жизни его органов: растение живет, когда живут все его органы; и умирает, когда перестают жить они. В каждом же отдельном органе жизнь есть выполнение им той цели, для которой он предназначен своим строением, есть осуществление того назначения, которое вложено в него природою. Так, жизнь корня есть всасывание, жизнь сосудов есть проведение и распределение по растению всосанного корнем, жизнь листа есть дыхание и восприятие солнечного света, жизнь цветка есть оплодотворение. И мы говорим, что «лист живет» – когда он дышит, «корень не умер» – когда он всасывает, «растение живет» – когда оно питается, дышит и размножается. И ни в чем другом, кроме как только в жизни органов, и не может выразиться жизнь организма, потому что в нем и нет ничего, кроме органов. Таким образом, мы и истинно, и полно определим жизнь, сказав, что она есть выполнение целесообразности, пока продолжается, и выполненная целесообразность, когда окончена.
