О Понимании полностью

Так, относительно разумной планомерности в расположении вещества и разумной последовательности в развитии явлений — признаки, которые, по-видимому, исключительно присущи целесообразности, – необходимо строго убедиться, что они не могут быть ни в каком случае произведением причинности; что невозможно такое сочетание бессознательных сил природы и элементов веществ, в результате взаимнодействия которых получилось бы нечто планомерно устроенное или последовательно изменяющееся; хотя, правда, возможность такой «игры природы» представляется так же мало вероятной, как мало вероятно, чтобы падающие с дерева листья образовали собою правильные геометрические фигуры или чтобы из бесцельных постукиваний по клавишам рояли человека, незнакомого с музыкой, образовалось художественное музыкальное произведение. В самом деле, почти невозможно не согласиться, что разумное может быть произведением только разума, планомерное – только плана, стремящееся к одному чему-либо – только цели; и что если есть что-либо подобное в природе, то в ней есть и разум, и план, и цель, хотя они и неизвестны нам.

Поэтому в том, что мир органический, как в целом, так и во всех частях своих устроен столь правильно, в том, что растения и животные – не одно, но все, повсюду и вечно – развиваются из семени и зародыша в полные формы, проходя постоянно через одни и те же последовательно сменяющиеся стадии, – во всем этом так же трудно видеть игру слепых сил природы, как трудно было бы допустить (мы берем совершенно параллельные примеры), что остатки разбиваемых в океане кораблей, не одного и не некоторых, но «всех, повсюду и вечно», были прибиваемы волнами именно в те самые порты, в которые им нужно было плыть и куда их направляла первоначальная сознательная воля, теперь замененная не знающими целей силами природы; или что человек, выброшенный на необитаемый остров, нашел в лесу несколько деревьев, которые так последовательно подгнили, при падении так планомерно обломались и упали так целесообразно, что из них сложился дом, со всеми необходимыми частями его, и притом именно так расположенный, как к тому привык выброшенный на остров путешественник; или, наконец, что из слов, бессознательно говоримых помешанным человеком, образуются правильные доказательства геометрических теорем. Конечно, сказанное все еще не точное доказательство, так как нет логической невозможности в том, чтобы остатки кораблей прибивались волнами, куда плыли, чтобы из упавших случайно деревьев образовалось бы что нужно и чтобы из бреда помешанного выходила геометрия: если, повинуясь случаю, получается другое, то почему не получиться и этому? Но и утверждающие, что планомерность и последовательность может быть произведением причинности, не привели ничего доказательного в подтверждение того, что все подобное указанным примерам действительно может случиться.