Во имя чего русский и другие народы России второй раз за один век добровольно-принудительно вовлечены в широкомасштабный социальный эксперимент? Кто возьмет ответственность за все происходящее?
Каков глубинный смысл советского этапа истории? Как объединить жизненные идеалы поколений? Как изжить марксизм в общественном сознании и чем его заменить?
В чем отличие России от Запада и Востока? Есть ли у российского общества социокультурное (цивилизационное) своеобразие и каково оно? Или оно утратило свой архетип и переживает мучительный этап распада, в результате которого возникнет совершенно иная, неведомая сейчас общность?
Сейчас в умах россиян господствует стихия разброда. Люди принимают текущие решения, опираясь на свой интеллект, духовные ценности и опыт, которые в целом сформированы у большинства при советском строе. Темпы разрушительных изменений явно опережают объединительные тенденции. Поэтому надежды на разработку новой идеологии, которая овладеет всем обществом, проблематичны. Решающим фактором является формирование общественно-политического слоя (команды), который максимально актуализирует у общества те качества, которые у него уже есть.
Нынешний технотронный век блуждает между верой и разумом, «свободой выбора» и провидением. Обнаружение границ возможностей разума человека провоцирует апологетов либерализма активнее внедрять мысль – «XXI век отменяет «русскую идею», как и любую другую, ибо сегодня человеческими массами управляют не «идеи»..., а суперсложные системы коммуникаций, не имеющие единого руководящего центра» («Рос. Вести», 06.08.97).
Либерализм, разочаровавшись в человечестве и не имея средств решения реальных проблем, предлагает довериться машинам, а правильнее сказать – тем специалистам, которые стоят за ними. Это новая утопия – технократическая, она страшнее всех иных.
***
В древности люди обосновывали законы своего существования, руководствуясь верой отцов, религиозным откровением Свыше, которое приходило к ним через пророков. В человеке различались три ипостаси – биологическая, социальная, духовная.
Эпоха гуманизма (Возрождение) подорвала религиозные основы жизни, противопоставив «Прометеев разум», науку – религиозной вере в Бога. В человеке стали выделять четыре ипостаси – материальную, биологическую, социальную и духовную. С тех пор возникла тенденция к отождествлению социальности и духовности.
В дальнейшем материалистический марксизм вообще объявил религию «опиумом для народа», выдвинул положение, что ход истории подчиняется объективным (материальным) законам развития, которые человеческий разум способен познать и превратить в руководство к действию, чтобы человечество могло шагнуть «из природного царства необходимости в царство свободы и разума». Природа была объявлена объектом покорения и исправления.
Этим радикальным поворотом «просвещенной мысли» человек был поставлен в ситуацию, когда его мирское сознание стало единственной инстанцией, ответственной за все происходящее на планете.
Оставалось лишь посвятить людей в эти «объективные законы развития», чтобы в соответствии с ними изменить мир. Поэтому с эпохи Великой Французской революции человек обязан соответствовать «революционным законам развития». Таков же краеугольный камень «научного коммунизма». Революционным делом занялись пролетарские партии – в дополнение к буржуазным.
Принятие сформулированного классиками марксизма «материалистического понимания истории» в качестве ведущей глобальной идеологии не явно (теоретически) преваратило общество в аналог технического устройства, а формирование проектно-планового подхода к общественному устройству поставило задачу превращения процесса управления обществом в науку.
Нынешнее «демократическое» ликование по поводу всемирного «крушения коммунизма» преждевременно. Разрушилась лишь одна из версий идеологии «гражданского общества». «Проблема соответствия» человека «научному идеалу» после смены религиозного проекта жизни на материалистически научный проект подняла на новую высоту планку идеологической войны за то, чья методология (философия) познания законов развития общества более истинна. Вопрос об объективных (материальных) законах общества на эмоциях не объедешь.
Итак, к концу ХХ века в области общественной мысли человечество наследует только два принципа «проектов жизни» - религиозный и «научно-философский» (светский), имеющий каждый множество исторических видов и подвидов.
На поверхности событий мы видим противостояние двух основных модификаций светского проекта жизни. Их кажущаяся альтернатива проста:
- либо человечество живет «стихийно», дозволяя практике опережать социальную теорию, и тогда люди, полагаясь на свою сообразительность, несут через конкуренцию (борьбу) ответственность за происходящее (либерализм, капитализм);
- либо оно стремится жить «по науке», опережая социальной теорией практику, и планово, блокируя через управление (борьбу) нежелательные (не оптимальные) процессы, добиваются поставленных целей.
