В музее Пушкина показывали портреты-миниатюры жениха — Николая Гончарова, блестящего молодого офицера, и невесты — фрейлины Загряжской. Оба они молодые, красивые, буквально засмотришься. Откуда только берутся потом зловредные тёщи? Потому что у Александра Пушкина, мы знаем, были сложные и напряжённые отношения с будущей тёщей, и на подступах к браку, и потом… Но и у самой Натальи Ивановны жизнь была не простой. Она уже в шесть лет осталась без родной матери, Ульрики фон Поссе, женщины неописуемой красоты. Этой красоты хватит потом на три следующих поколения. Её привёз в своё имение Ярополец к первой законной жене отец Натальи Ивановны, перед этим тайно и обманом обвенчавшийся с ней при живой законной жене. Привёз из Дерпта и тут же умчался обратно в свет, в столицы, к разгульной жизни. «Бабье дело — сами разберутся».
Но расчёт был верным: законная жена приняла и лишившуюся чувств соперницу, и вскоре родившуюся её дочь, которую потом уже считала своей дочерью, дала ей хорошее домашнее образование и вслед за старшей сестрой Екатериной Ивановной Загряжской Наталья Ивановна стала фрейлиной императрицы Елизаветы Алексеевны. А там своя жизнь со своими интригами. У Натальи Ивановны — роман с молодым красавцем-офицером Охотниковым, который был к тому же интимным другом самой императрицы. Вскоре Охотников был на выходе из театра смертельно ранен (это до сих пор тёмная страница придворной жизни). У стены Александро-Невской лавры сохранился красивый памятник, поставленный самой императрицей, и там же, неподалёку, через полвека будет похоронена Наталья Николаевна Пушкина-Ланская. Так всё переплетается и на том, и на этом свете…
В итоге Наталья Ивановна выросла не только красивой, но и властной особой, державшей во власти своей и мужа, и детей. Муж как раз, выйдя в отставку, начал уже налаживать дела в полуразорённом отцом Полотняном заводе. Но вернувшийся после Отечественной войны отец отстранил сына от дел, а позже, после падения с лошади, у сына появились признаки душевной болезни (или семье выгодно было представить его свету в таком виде). Из-за редких, но возможных приступов сумасшествия он жил в Москве в своём доме отдельно от остальной семьи, делами которой и воспитанием и дочерей, и сыновей всецело занималась властная Наталья Ивановна. Николай Афанасьевич, тем не менее, присутствовал на свадьбе Пушкина, принимал визиты и письма родных, умер в 74 года в 1861 году, пережив жену на 12 лет. Наталья Николаевна (давно уже Ланская) целый год носила траур по отцу, да и дальше оставалась «в чёрном».
Для рода Загряжских Пушкин не был завидным женихом. Согласившись нехотя на брак дочери, Наталья Ивановна несколько раз почти отменяла свадьбу («нет денег на приданое» — Пушкин дал ей 11 тысяч как бы взаймы, но и с концами, конечно; в день свадьбы — «нет денег на карету» — пришлось снова прислать). Да и в арбатской своей первой квартире молодожёны прожили только три месяца, буквально сбежали в Петербург от недреманного ока тёщи и матери…
Но Наталья Николаевна Пушкина уже была и осталась первой красавицей Петербурга. И ведь знал Пушкин народную мудрость: «не бери красиву жену, красиву жену часто во пир зовут». В последние часы жизни Пушкин успел сказать: «Она, бедная, безвинно терпит, в свете её заедят». Так и было, и не годы, а десятилетия. Она через два года только стала появляться в свете во всём блеске зрелой и грустной своей красоты. Первые претенденты появились сразу, но «отваливались», узнав об условии: и дети, и сестра, и память о Пушкине остаются при всех условиях с ней. Ланской, бывая в её доме, подружившись с детьми, не решался сделать предложение из-за своей бедности, пока император (очевидно, не случайно) назначил его с генеральским чином командовать гвардейским полком.
Наталья Николаевна все силы, душевные и физические, отдавала своим детям (четырём Пушкиным и трём Ланским), а потом уже и внукам. Считала обязательным быть на всех крестинах. И в предзимье 1863 года поехала, несмотря на протесты семьи, в Москву, по железной дороге уже на крещение внука (седьмого, но первого, кто должен был сохранить фамилию Пушкина) … На обратном пути она простудилась в холодном вагоне, а вслед — воспаление лёгких и через считанные дни она отойдёт в мир иной в петербургской квартире на Екатерининском канале. В 51 год!
Но неприязненное отношение «общества» к ней осталось. Активно не любили её и не скрывали этого наши великие женщины — Ахматова и Цветаева. Только в последние десятилетия XX уже века медленно, но верно пришла полная реабилитация Натальи Николаевны. К 200-летнему юбилею издано несколько книг о её жизни, в Полотняном заводе набирает силу лично ей посвящённый музей.
