А потом присягу хором, немного вразнобой, произнесли все собравшиеся в зале. Затем, по моему жесту, дворяне расселись по своим местам за столам. Я сидел во главе главного стола. Справа от меня находился ГРАФ, слева – ГРАФИНЯ, рядом с нею – БАРОН и ШЕВАЛЬЕ.
–За Императора! – произнёс тост хозяин замка, вставая с полным кубком вина.
Все поднялись вслед за ним.
–За Императора!!!
–За Империю! – улыбнулся я свободно и весело. – Благодарю, господа! Постараюсь оправдать ваше доверие и надежды, с честью нести тяжёлое бремя власти! За нашу Империю!
–За нашу Империю!!! – грянул мощный ответный хор голосов.
А потом начался пир, который продолжался для кого-то до полуночи, а для кого-то и после неё, до утра…
– КХА, КХА, КХА…
Я с трудом открыл глаза и, не поворачивая головы, осмотрелся вокруг. Большая, богато обставленная комната, очевидно, спальня. Стены и потолок драпированы розовой тканью, небольшие узкие окна выполнены в форме бойниц, сквозь которые лениво просачивается рассвет. Слева от моей кровати неподвижно сидит Пёс, смотрит на меня внимательно и вопрошающе, словно ждет какой-то неведомой ещё мне, но важной для нас обоих, команды.
Я слегка и осторожно повернул голову вправо. Рядом со мною, рассыпав роскошные каштановые волосы на подушке, лежала ГРАФИНЯ. Её чудесный алый ротик был чуть приоткрыт, обнажая ровные белые зубки, слышалось лёгкое дыхание. Я молниеносно обернулся в сторону ЗВЕРЯ, и, сделав страшные глаза, прошипел:
–Сгинь!
Тот укоризненно посмотрел на меня и исчез, оставив после себя, как всегда, облачко пара.
Видимо, шёпот мой все-таки оказался достаточно громким, так как я ощутил движение за спиной и лёгкое, тёплое прикосновение руки к моему плечу. Я повернулся, и, не давая сказать ни слова, заключил девушку в свои объятия, откинув в сторону одеяло. Она была обнажена, как и я.
Мы тесно прижались друг к другу. Я, ощутив сначала манящую полную грудь девушки, а потом её живот и бёдра, почувствовал бешеное желание. Её ноги с готовностью раздвинулись, не противясь моему натиску. Я погрузился в тёплую волнующую влагу между ними, а затем время и пространство переплелись, слились, как и мы, воедино, забыв обо всём и, потеряв свои первоначальные сущности!
Потом они и мы обрели их вновь. Утреннее солнце уже затопило комнату, за окнами пели птицы, с улицы доносились самые разнообразные, немного приглушённые стеклом, звуки: голоса, ржание лошадей, лай собак, хлопанье дверей, звон металла и так далее и, тому подобное. Мы лежали счастливые, умиротворённые и обессиленные.
Через некоторое время ГРАФИНЯ приподнялась с моего плеча и, лукаво улыбнувшись, торжественным голосом произнесла:
–Доброе утро, Ваше Императорское Величество!
Я поморщился, припоминая события, произошедшие до этого чудного прозрачного утра. Настроение у меня вдруг резко упало. Чудовищный груз будущих забот и свершений сразу замаячил на горизонте огромной, мрачной и почти неподъёмной глыбой. Я резко встал, подошёл к окну, заметив, что девушка торопливо прикрылась одеялом и смущённо отвела от меня свой изумрудный взгляд.
Я громко и счастливо рассмеялся.
–Солнце моё, ты ведёшь себя так, как в том благословенном заброшенном доме, где мы с тобой познакомились. Да, кстати, ты упоминала о нём в устном послании, переданном мне ШЕВАЛЬЕ. Я, честно говоря, был несколько удивлён и поражён твоей смелостью. Однако, однако…
–Оставим эту тему, Сир, – покраснела ГРАФИНЯ.
–Кстати, чуть попозже, в случае благоприятного для нас развития событий, я намерен создать там особый музей, мемориальный комплекс, возможно, даже воздвигнуть какой-нибудь памятник, скульптурную композицию. Есть у меня интересная и оригинальная идея, – объявить ту избушку особым место для всех влюблённых, придать ей этакий мистический, сакральный и культовый характер. Пусть она явиться местом паломничества для тех, кто хочет любить, и кто уже влюблён. Как идея?
–Великолепно, великолепно, Сир! Но, есть одно существенное «но». В таком случае это девственное, прекрасное и благословенное место сразу утратит все перечисленные Вами качества. Там, наверняка, появятся гостиницы, трактиры, различные увеселительные заведения. Шум, гам, мусор, масса людей! Да, и ещё надо учесть, что море недалеко. Как грибы, расплодятся дачи, виллы, пансионаты, санатории. Фу! Ужас!
–Ну, во-первых, прошу тебя, милая, обращаться ко мне наедине как-нибудь попроще, подушевнее, что ли. А во-вторых, что касается моей идеи, то здесь ты в чём-то конечно права, но только в чём-то, в части и отчасти. Пусть наше чудесное место приобретет новый облик! Ничего страшного… Графство нуждается в развитии! Не всё же твоему дядюшке тыквами торговать!
–Почему именно тыквами, Сир? Он ими не торгует!
–Ну, я это так сказал, образно, к слову… А порядок и чистоту сакрального места всегда можно обеспечить, было бы желание. Знаю я одного хозяйственного и предприимчивого человека, который сможет поставить дело на соответствующий уровень. Чувствую я в нём задатки хорошего организатора. Эх, мне бы сейчас миску горячего, дымящегося Империума и рюмочку ледяного Звизгуна!
