В воздухе промелькнула лёгкая искра, раздался ещё более лёгкий хлопок, и перед нами возник грубо-сколоченный деревянный стол, на котором стояли: большой тонкостенный хрустальный и слегка запотевший графин с прозрачной жидкостью, два гранённых двухсотграммовых стакана из обычного, чуть мутноватого стекла, большая, грубо слепленная из глины, миска с солёными огурцами, капустой и помидорами, пара изящных тарелок из тонкого голубого фарфора. Рядом с ними лежали, покрытые искусной резьбой, серебряные ножи и вилки. Сбоку стояли большой деревянный кувшин, наполненный какой-то тёмной жидкостью и две корявые кружки, выдолбленные из цельного дерева.
Я некоторое время с удивлением созерцал это странное эклектичное зрелище, потом с недоумением спросил у собеседника:
–Это что за вакханалия? Зачем и к чему такое переплетение стилей? В чём смысл!?
–Эх, батенька, – усмехнулся ОН. – Вы себе и не представляете, что такое настоящая вакханалия! А то, что стол так сервирован, то в этом нет какого-то особого смысла или бессмыслицы. Просто мне так захотелось… Знаешь, на фоне этих величественных гор, при виде этой всепоглощающей идеальной гармони, мне захотелось создать именно здесь и сейчас небольшой островок дисгармонии.
–Значит, смысл в твоём поступке всё-таки присутствует? – усмехнулся я.
–Да, ты прав, – засмеялся ОН и, не торопясь, разлил жидкость из графина по стаканам.
–Что это? – поинтересовался я, заранее накалывая на вилку маленький огурчик, весь покрытый остренькими пупырышками.
–Конечно же водочка! – удивился Бог моему глупому вопросу. – Она, родная! Хорошо очищенная, приготовленная из спирта марки «Люкс» и талой горной воды, целый час пролежавшая во льду, вон там, – на соседнем леднике!
–Превосходно! – с энтузиазмом воскликнул я, внимательно обозрев искомый ледник. – Каков будет тост?
–За то, чтобы в любой гармонии всегда присутствовали лёгкий диссонанс и дисбаланс! Без этого никак нельзя!
–За диссонанс!
–За дисбаланс!
Мы с удовольствием выпили, с не меньшим удовольствием закусили, полюбовались горами и небом. Я попробовал жидкость из деревянного кувшина. Квас! Великолепный домашний квас! Какая вкуснятина!
–Как РОМАН? – спросил ОН, наливая по второй.
–Движется… Потихоньку, полегоньку, – вяло отозвался я. – Куда спешить…
–Ну, о том, стоит или не стоит спешить, в этом мире могу достоверно рассуждать только я, – нахмурился ОН.
–Что ты имеешь в виду? – насторожился я.
–Да пока ничего, – усмехнулся мой собеседник. – Пиши, пиши. Не торопись, но и не запускай творческий процесс. Время ещё есть…
–И сколько мне его осталось?
–Пиши, дружище! Живи и радуйся жизни.
–Ну и славно, ну и хорошо, – расслабился я. – А ты знаешь, что Гёте писал «Фауста» двадцать четыре года! А Булгаков «Мастера и Маргариту» пятнадцать лет?!
–Ну, нашёл, с кем себя сравнивать! – расхохотался он. – А вообще, есть и другие примеры. Бальзак прожил всего пятьдесят лет, но его «Человеческая комедия» состоит из девяноста романов и рассказов! Вот где пример плодотворности, трудолюбия и целеустремлённости! Учись, юнга!
–Знаем мы причину этого трудолюбия, – пробурчал я. – Пить столько кофе и беспрерывно курить!
–О, как легко ты объяснил плодотворность этого гения! – рассмеялся БОГ.
–А, вообще-то, я не понимаю, как можно было столько всего написать за такую короткую жизнь! Бальзак пьянствовал, гулял, играл в азартные игры, транжирил деньги, делал долги и бегал от кредиторов, да ещё и успевал ухлёстывать за бабами не первой свежести!
–Да. Что было, то было. Слаб человек. Увы… – вздохнул БОГ и поднял свой доверху наполненный стакан. – Кстати, как говорил Оноре де наш Бальзак: «Быть повсюду дома могут только короли, девки и воры»!
Я рассмеялся, задумался, а потом спросил:
–К чему ты это?
–А к тому, что этот толстобрюхий писака-идиот забыл упомянуть ещё одну личность в этом почётном списке, – с деланным возмущением усмехнулся ОН.
Сначала я недоумённо посмотрел на собеседника, потом до меня дошло, и я расхохотался:
–За тебя, ВЕЗДЕСУЩИЙ, который везде, как дома!
–Спасибо, мой юный друг! – весело улыбнулся ОН в ответ. – Куда тебя доставить? Домой или к какой-нибудь шаловливой куртизанке?
–Домой. Какие могут быть куртизанки после такой вечной красоты!? – поморщившись, сказал я, потом опрокинул стакан с водкой в рот, закусил квашеной капустой, поднялся с шезлонга и, повинуясь какому-то непонятному порыву, во всю мощь своих лёгких заорал. – Аллилуйя вечности, аллилуйя!!!
–Аллилуйя!!! – присоединился Бог ко мне. – Аллилуйя!!!
Я не успел услышать эха. Через миг горы растаяли, как чудесный и волшебный, а значит, абсолютно нереальный сон.
Интересно, вызвали ли наши безумные вопли движение снежных лавин? Кто его знает…
ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ. «РЕЛИКВИЯ» .
Свои способности человек может узнать,
только попытавшись приложить их…
ГЛАВА ПЕРВАЯ.
Росинки на листьях,
Капли воды у корней:
Что раньше, что позже?
Не они ли нам говорят:
Всё исчезает на свете?!
