О моей подготовке к вторжению на Первый Остров, как это не скрывай, всё равно станет известно. Шпионов хватает везде. Полностью блокировать наше побережье практически невозможно. Всё равно какой-нибудь корабль сможет покинуть его и незаметно достичь Первого Острова. Даже если это и нельзя было бы сделать, то существует же, например, голубиная почта. А как её перекроешь?
Конечно, по правилам начинать надо, вроде бы, с переговоров, с обмена делегациями, но верен ли этот путь? Что-то мне подсказывало, что завладеть Первым Островом будет непросто. Добровольно мне его не отдадут. Здесь, на Втором Острове, мне просто повезло. В этом Королевстве вовремя не успели сформироваться соответствующие политические силы, способные мне противостоять. Не нашлось решительного лидера. Я успешно воплотил в жизнь древний, как мир, принцип: «Куй железо, пока оно горячо!». Или, как там выразился ГРАФ: «Ешь яичницу, пока она ещё горячая, и её не съел кто-либо другой».
А может быть, – Бог с ними, с этими оставшимися двумя Островами!? Чего это мне спокойно не сидится? Вполне хватит и того, что уже имею. Но, с другой стороны, если долго раздумывать и медлить сейчас, то как бы об этом не пожалеть в будущем! А вдруг другие Острова окрепнут и обретут сильную централизованную власть, а вдруг, не дай Бог, объединятся против меня? А что ещё опаснее, при этом заключат союз с пиратами!? Нет, время терять нельзя. Надо действовать решительно, быстро, смело и твёрдо. А, может быть, мне стоит самому договориться с пиратами!?
Да нет! Не стоит! Во-первых, их все ненавидят и презирают, может пострадать моя репутация. Во-вторых, в случае победы они наверняка потребуют от меня слишком многого и из сегодняшних союзников завтра могут стать врагами. И, вообще, всё, что дурно пахнет, мне не по вкусу! Таков мой старый и испытанный на практике принцип, которому я неуклонно следую!
Все эти тяжёлые, тягостные и судьбоносные размышления неторопливо бродили у меня в голове, пока карета двигалась в сторону временной Императорской Резиденции. Ею являлся уцелевший дворец одного из вельмож, погибшего вместе со многими в Королевском Замке в ту памятную и трагическую ночь, разрезанную, разорванную и озарённую таинственной небесной молнией.
Во дворце было холодно и крайне неуютно.
–Сколько же дров или угля требуется на обогрев такой махины при их-то зимах? – раздражённо произнёс я, гулко шагая с ГРАФОМ по просторному коридору к своему кабинету.
ГРАФ с усмешкой меня поправил:
–Государь, при НАШИХ зимах, при наших…
–Что? Ах, да… Чёрт возьми, вы правы, эти зимы стали нашими, – быстро исправился я.
–Эх, Сир… Как я скучаю по благословенным южным краям, как хочется посидеть на берегу моря и, ничего не делая, ни о чём не думая, подставив лицо солнцу, созерцать бесконечную синюю гладь!
–Хватит, не травите мне душу! Что вы всё ноете, извините меня за выражение, по этому поводу! Я сейчас расплачусь! Вы уже неделю талдычите мне всё одно и то же! Думаете, я в восторге от этого проклятого мокрого снега!? Был бы снег, как снег, такой тихий, неспешный, белый, пушистый, невесомый, ласковый… А он, мерзавец, пакостник этакий, мало что с ветром, так ещё и с дождём! Ненавижу! Какой идиот выбрал такое место для Столицы!?
–Извините, Сир. Это сделал Ваш э,э,э… родственник. Предшественник, так сказать…
–Ах, да… Я до сих пор по нему скорблю, – поморщился я. – Собственно, может быть оно и правильно. Выгодное географическое расположение. Всё очень рационально, стратегически верно и хорошо продуманно.
ГРАФ рассмеялся:
–Ну, Сир! С Вами не соскучишься!
–Да, – это точно, – улыбнулся я, входя в тёплый кабинет и плюхаясь в огромное кресло, стоявшее около ещё более огромного стола. – Что будем делать дальше, ГРАФ?
–Что делать, что делать… Сир, надо двигаться вперёд, вперёд и только вперёд! Это же Ваш самый любимый девиз!
–Какая ценная мысль, однако! Жалко, что рядом нет моего придворного Летописца! Уж он бы сразу занёс её в свои хроники. Знаете, записано было бы это примерно так, в его поэтической манере: «ИМПЕРАТОР и ГРАФ сидели в мрачном молчании перед утробно гудящим камином. Злобный ветер за окном швырял в хрупкое стекло пригоршни снега и дождя. При очередном его ударе ГРАФ нервно спросил у ИМПЕРАТОРА: «Что будем делать дальше, Сир!?». Тот медленно подошёл к камину, посмотрел на огонь, испепеляющий тьму и холод, а потом произнёс великую судьбоносную фразу: «Надо двигаться вперёд, вперёд и только вперёд!». После её произнесения ветер за окном притих, камин на время приглушил своё басовитое гудение. Тревожная тишина воцарилась в мире, настороженная, предгрозовая тишина…».
–Ха, ха, ха! Браво, браво, Сир!– раздался звонкий, мелодичный, весёлый и милый моему сердцу голос.
ГРАФИНЯ незаметно и бесшумно вошла в кабинет, подкралась ко мне сзади и, лихо перепрыгнув через ручки кресла, оказалась у меня на коленях.
–Дорогой, почему бы тебе самому не заняться составлением Летописи? У тебя же есть вкус, несомненный литературный талант. Попробуй! Рекомендую…
