–Кто знает, кто знает… Именно при таком положении дел и раскладе сил у нас и может что-то получиться, – задумался я. – Ладно, продолжайте. Что следует делать дальше, по вашему мнению?
–Так вот, Сир… Далее мы концентрируем на западном побережье все наши войска, собираем флот, имеющийся в нашем распоряжении. Должны быть задействованы все плавательные средства: военные корабли, транспортные и торговые суда, рыбацкие шхуны. Вернее, флот и войска мы собираем ещё до отправки мирной делегации. Как только станет известно о провале её миссии, организуем мощную пропагандистскую компанию против Первого Острова и на волне всеобщего праведного народного негодования и гнева отправляем туда войска!
–ГРАФ, насчёт «волны праведного народного гнева», – с этим я полностью согласен, это мне очень нравится, – поддержал я его. – Народный гнев нам не помешает! Кстати, у меня есть неплохой лозунг для предстоящей военной компании: «Всё для войны, всё для победы! Родина-мать зовёт! Враг у порога! Братья и сёстры! Сплотите свои ряды!». Как вам?
–Превосходно, Сир! Гениально! Мы немедленно внедрим данные лозунги в массы! – просиял ГРАФ. – Это поможет поднять боевой дух и мобилизовать достаточные силы для грядущей великой победы!
–Вы знаете, ГРАФ… – задумался я. – У меня возникают некоторые опасения по поводу переброски войск на Первый Остров. Его флот, в совокупности с пиратским, всё-таки превосходит наш. И вообще, выигрывает тот, кто подготовлен! Только внезапность, исключающая надлежащую подготовку со стороны врага, даст нам преимущество в войне. Если мы предварительно направим делегацию с соответствующими требованиями, то противнику станет ясно, что готовится вторжение. В таком случае он наверняка успеет сплотиться и подготовиться к обороне или к агрессии против нас. Я думаю, что никаких делегаций отправлять не надо. Повторяю! Наше оружие – внезапность! Как можно более скрытно концентрируем войска на двух-трёх направлениях, и в бой! Противник просто не успеет осмыслить ситуацию, договориться и объединить свои силы. Разобьём всех поэтапно и поодиночке!
Я нервно застучал пальцами по столу, с ненавистью посмотрел в серое небо за окном, которое гипнотизировало, подавляло и угнетало. Внутри меня вдруг стало зарождаться и нарастать какое-то внутреннее возбуждение и странное напряжение, которое требовало немедленного выхода.
–Никаких миссий и делегаций! Мне не нужны эти ваши дурацкие феодальные штучки! – рявкнул я. – Может быть, наша делегация ещё и предложит противнику время для раздумий, скажем, месяц-два, как это, очевидно, у вас принято!? Ничего глупее представить себе не могу! К чёрту Основной Закон! До сих пор я не встретил на этом Острове ни одного человека, который бы его придерживался и соблюдал. Наша стратегия – блицкриг! Только молниеносные и решительные действия! Вперёд и только вперёд! Вперёд на Запад! Вот так!
Я вдруг почувствовал, что впадаю в какой-то дикий экстаз, кровь заиграла, вскипела и вспенилась в моих жилах, как перегретое и небрежно откупоренное шампанское. Я вскочил, стряхнув со своих колен задремавшую, было, на них ГРАФИНЮ, грохнул кулаком о стол.
–«Запад есть Запад, Восток, есть Восток, и вместе им не сойтись!». Полная ерунда! Этот идиот был не прав! Воспеваешь Империю, так воспевай её до конца! Всё у нас сойдётся и состыкуется при желании и умении. Вперёд, на Запад! Одержим Победу и сойдёмся, ещё как сойдёмся!
После этой тирады я, тяжело дыша, снова упал в кресло. Мои собеседники, потрясённые таким мощным эмоциональным взрывом, застыли, как изваяния. Причём ГРАФИНЯ застыла, сидя на полу у моих ног.
–Сир, – робко обратилась ко мне девушка, неожиданно перейдя на «Вы». – О каком идиоте Вы говорили? А цитата, вообще-то, умная, великолепная… Но мне кажется, что Вы её подаёте не в том контексте, извините, – передёргиваете. Её автор наверняка мыслил в стратегическом масштабе, а Вы в тактическом. Вообще-то, кто он такой? По поводу чего он произнёс эту фразу?
Я встал, бережно поднял ГРАФИНЮ с холодного пола, посадил её в своё кресло и задумчиво произнёс:
–Жил, знаете ли, где-то, когда-то один писатель и поэт. Где, когда? Как его там звали? Чёрт его знает… Да нет, вспомнил! Киплинг! Джозеф Редъярд Киплинг. Певец Империи… Какой Империи? Не помню, не помню. Всё, что я внезапно вспоминаю, имеет вид глубокой, необъятной и чёрной воды, скрытой подо льдом. Вот он – белый, холодный и вроде бы очень прочный, монолитный. Ан, нет! Вдруг натыкаешься на полынью и видишь кусок оголённой незадолго до этого, казалось бы, потаённой воды. Но это всего лишь маленькая частица огромного океана, лишь фрагмент мозаики! Вы понимаете меня, ГРАФИНЯ? Вот такова моя память. Ну и Бог с нею. Надоела мне уже эта тема. Вернёмся к нашим планам…
–О, Сир! Вы совершенно правы. Я с Вами согласен. Никаких переговоров! Только молниеносные и решительные действия! Великолепно! – искренне восхитился ГРАФ.
