–О, женщины, – банальность ваше имя! – я громко рассмеялся. – Истинные вершины поэзии – это Поэма, Ода, Гимн! Кстати, здесь не так уж и важно качество. Главное – мощь, чёткость, чеканность, величественность, торжественность!
Я быстро налил всем в бокалы Можжевеловки, мы чокнулись, молча выпили, закусили. Жидкость горячо разлилась по телу, голова слегка затуманилась, сразу стало покойно и приятно.
–Неужели Гимн Гвардии уже готов?! – удивился я.
–Так точно, Сир! Выполнил все Ваши рекомендации, за качество стихов не ручаюсь, но истинный экстаз в них присутствует.
–Ну-ка, ну-ка, продемонстрируйте! – заинтересовался я, наливая по второму бокалу.
–Сир, я думаю, что моё, так сказать, произведение надо назвать как-то по-другому. Всё-таки Гимн – это действительно нечто эпическое, главное, грандиозное, основополагающее. Гимн Империи! – звучит! Гимн Гвардии! – как-то не очень.
–Согласен, – сказал я. – И что будем делать?
–Марш, – устало произнесла ГРАФИНЯ. – Марш Императорской Гвардии.
–Да, да!!! – воскликнули мы с ПОЭТОМ одновременно. – Вот это именно то, что надо!
–Так вот, Сир, представьте, что Марш исполняется в походе или при пешей атаке. Идут Ваши чудо-богатыри, чеканят шаг, сотрясают землю, рождают у врагов ощущения ужаса, полной безысходности и невозможности дальнейшего бытия!
–Великолепно!!! – с восторгом воскликнул я.
–О, Боже, – простонала ГРАФИНЯ.
–Сир! Марш будет вызывать у наших бойцов непередаваемый экстаз и окрылять, звать к вершинам!
–О, Боже! – ещё один раз простонала ГРАФИНЯ.
–Заткнитесь, сударыня!!! – заорал я.
–Молчу, молчу, Сир!
–Так, так, отлично! Превосходно! Экстаз – это как раз то самое, что нам крайне необходимо – оживился я.
ПОЭТ залпом осушил бокал, вскочил и начал ходьбу на месте, лихо звеня по мрамору полу металлическими набойками на башмаках, одновременно декламируя:
Нам Император дал приказ,
С небес раздался Божий глас,
Мы победим и в этот раз!
Мы – Императорская Гвардия!
Все, как один, чеканим шаг,
Нам никакой не страшен враг,
Ни жар, ни лёд, ни смерч, ни мрак!
Мы – Императорская Гвардия!
Нас никому не победить,
Мы будем жить и не тужить,
Своих врагов бесстрашно бить!
Мы – Императорская Гвардия!
Гвардия, Гвардия, Гвардия – вперёд!
Гвардия, Гвардия – не умрёт!!!
-Великолепно! Потрясающе! – я единым махом осушил свой бокал, вскочил, присоединился к ПОЭТУ.
Мы замаршировали вместе. Кровь вскипела в жилах, ноги чеканно впечатывались в мрамор, глотки орали на полную мощь, голоса срывались на фальцет. Воздух в зале сгустился, в нём испуганно, тяжело и хаотично металось пламя свечей.
Гвардия, Гвардия, Гвардия – вперёд!
Гвардия, Гвардия – не умрёт!
На пороге распахнувшейся двери недоумённо застыли встревоженные часовые. Я сделал им знак рукой:
–Присоединяйтесь, господа!
Четверо огромных Гвардейцев, выстроившись вслед за нами по двое, замаршировали, вошли в ритм. Шесть глоток грянули во всю мощь лёгких:
Нас никому не победить!
Мы будем жить и не тужить!
Своих врагов бесстрашно бить!
Мы – Императорская Гвардия!
Мы – Императорская Гвардия!
Мы – Императорская Гвардия!!!
Гвардия, Гвардия – вперёд!
Гвардия, гвардия – не умрёт!!!
Бледная и потрясённая ГРАФИНЯ, раскрыв свой прелестный алый ротик, с неподдельным ужасом смотрела на нас.
В её глазах я читал только одну мысль:
–Фантасмагория какая-то!
ГЛАВА ШЕСТАЯ.
Распустился впустую,
Минул вишенный цвет.
О, век мой недолгий!
Век не смежая, гляжу
Взглядом долгим, как дождь.
Покинул я замок со своим войском на следующее утро. Оставил в нём небольшой гарнизон во главе с СОТНИКОМ. Перед этим провёл переговоры с одним из Баронов Третьей Провинции, который защищал замок Третьего Графа рука об руку со своим сюзереном и был захвачен нами в плен. Все остальные вассалы погибшего Графа этой Провинции сейчас воевали в неведомых краях против войск Второго Острова.
Разговор с Бароном получился конкретный и конструктивный. Во время него ЗВЕРЬ, конечно же, постоянно находился рядом с моим собеседником, очень внимательно и с большим подозрением смотрел на него, периодически открывал пасть, демонстрируя огромные белоснежные клыки, от чего пленник довольно сильно нервничал, потел, время от времени вздрагивал и заикался.
Я сразу же предложил Барону присягнуть мне на верность, напомнив ему, что Король Первого Острова и Граф Третьей Провинции погибли, и он теперь ни с кем никакими обязательствами не связан и может с чистой душой признать мою власть. После недолгих раздумий сей господин согласился с моим предложением и принял Присягу Верности в присутствии моих ближайших сподвижников. Потом я дал ему указания по поводу мобилизации всех имеющихся в Графстве сил и назначил его их Командующим, а так же даровал ему звание Генерала Империи. Через неделю Барон должен был подтянуть свои войска к моей Резиденции. Вот, собственно, и всё. После этого я со своим войском отправился домой.
