–И ещё эта непочтительность, кривые усмешки, гримасы, хихиканья за моей спиной, панибратство. Не чувствуя должного почтения к своей персоне. Не нравится мне такое отношение. Решительно не нравится! Приходится постоянно нервничать, расстраиваться по пустякам. Вы же знаете, какая у меня тонкая душа, трепетная и ранимая натура, совершенно неустойчивая психика. А что вы хотите!? Трудное, голодное и сиротливое детдомовское детство, отсутствие родительской ласки и домашнего тепла. Вот и печальный результат налицо…
–Сир, но я-то здесь причём!?
–При всём! – злобно ответил я.
–Понимаю, понимаю, Сир. Виноват. Больше этого не повторится! Даю слово, как Председатель Совета планеты Глория!
–Чего этого? – буркнул я. – Трудного детства, что ли? Понятно, что оно уже никогда не повторится, увы. А что вы, собственно, стоите? Как говорят в Когалыме, правды нет не только в ногах, но и в головах! Присаживайтесь, мясо стынет.
–Когалым, Когалым…
–Сир! – буркнул я.
–Что? Ах, простите! Сир!
–Когалым. Есть такой город в Сибири…
Где-то на Севере, где-то в снегах,
Есть город с названием странным и диким.
Мне он является в розовых снах, -
Призрачным, тихим и многоликим.
Городом этим я опьянён,
Городом этим дышу и грежу,
В нём я безумно в тебя влюблён,
Сентиментален, открыт и нежен!
-Великолепные стихи, Сир!
–Мои, – сухо произнёс я. – Да, была у меня одна женщина родом из этого чудесного городка. Мария. Дева Мария… Да нет, не Дева Мария. Сучка, шлюха, прагматичная стерва, ну примерно вот как та, барахтающаяся за бортом. Я её почти любил, почти. Когалым, Когалым… Эх, жизнь проходит безвозвратно!
–Сир, позвольте напомнить Вам, что Вы Бессмертный!
–Всё равно жизнь проходит! Бессмертие – это отнюдь не гарантия вечности. Неужели вы это не понимаете, повелитель Квазаров вы наш!?
ПРЕДСЕДАТЕЛЬ тяжело, сочувственно и мрачно смотрел на меня. За бортом раздавались негодующие крики ПОЭТА и МАРКИЗЫ. Чайки вторили им возмущённо и гортанно. Лучники и арбалетчики по-прежнему держали Советников на прицеле. Пара Гвардейцев с длинными вёслами были наготове.
–А почему эти два индивидуума не открывают свои Порталы? – удивлённо поинтересовался я, решительно наливая ПРЕДСЕДАТЕЛЮ ром не в рюмку, а в бокал.
–Порталы почему-то стали давать сбои, Сир. Непонятно почему. Никогда ещё такого не было! Нестабильность пространства нарастает с каждым часом. Единое Поле ведёт себя как-то странно. Порталы капризничают. Для того, чтобы их теперь открывать, нужна максимальная собранность, концентрация, спокойствие. Какое может быть спокойствие у этих двух людей, барахтающихся посреди океана в холодной воде!? Не дай Бог ещё и акулы появятся!
–Вот это будет зрелище! Ох, повеселимся, ах, развлечёмся!
–Сир!?
–Сами виноваты.
–Согласен, Сир.
–За невыносимую лёгкость бытия!
–За невыносимую лёгкость бытия, Сир! Прекрасный тост!
–А то!
Мы выпили, закусили.
–Груздочки попробуйте, груздочки! – я аж подскочил от восторга. – Такая вещь, я вам скажу. Музыка экстаза!
ПРЕДСЕДАТЕЛЬ попробовал, захрустел, удивлённо посмотрел на меня, закрыл глаза, искренне застонал от удовольствия.
–Да, однако, – вещь, Государь! Очень недурственно! Предлагаю ещё по одной.
–То-то, то-то! – засмеялся я, наполняя рюмки.
–За здоровье!
–За Ваше здоровье, Сир!
–Как там КОСМОС? – поинтересовался я.
–Как всегда и как обычно, – грустно усмехнулся Глорианин. – Холод, мрак, пустота, тоска, скука…
–А где моя Собака? – резко и мрачно спросил я.
ПРЕДСЕДАТЕЛЬ закашлялся, выпучил глаза, побагровел, покрылся потом. Я дружески хлопнул его по плечу. Он отлетел на пару метров от стола, но сумел ускориться, сгруппироваться, перекувыркнуться, а потом весьма резво и удачно встал на ноги. «Какой ловкий, однако!» – удивлённо подумал я.
–Сир!!!
–Где мой Пёс!?
–Не ведаю, Сир! Я чудом остался жив. Открыл с десяток Порталов, преодолел сотни миров, спеша к Вам, и вот я здесь, перед Вашим величественным, царственным и всепрощающим взором!
–Мне нравится, как вы изъясняетесь. Видно, что учитесь на ошибках. Это хорошо… Правильно как-то сказал один умный человек: «И опыт, сын ошибок трудных, и гений, парадоксов друг!».
–Петрарка, Гёте, Китс, Бодлер? Сир…
–Пушкин Александр Сергеевич. Наше всё, – поморщился я.
–Понятно, Сир…
–Ничего вам не понятно, басурманин вы наш залётный! Вы кто вообще-то по национальности?
–Сир! Ну, я как бы частично Марсианин, а частично Австралиец, якобы, – поморщился мой собеседник.
–Такой национальности не знаю. Дикое скопище бывших каторжников, авантюристов, воров и убийц не может образовать национальность!
–Как скажете, Сир…
–Где моя Собака!?
–Сир, хотите казните, хотите милуйте, – не знаю. Клянусь!
–Ладно. Что там с Тьмою?
–Она приближается и происходит это значительно быстрее, чем мы предполагали, Сир!
–Кто-нибудь мне объяснит, что это за Тьма такая, откуда она взялась!? Надеюсь, теперь все недомолвки и тайны позади!?
–Конечно, конечно, Сир!
–Как там Совет?
–Бог с ним, с Советом! Не до него теперь. Сир, может быть, следует поднять Советников на борт? Вода всё-таки довольно холодная. Акулы, однако, скоро прибудут.
