О себе полностью

Ответ: Внешне это была идеализация, вероятно, вызванная психической связью [с Беатриче] в прошлом, которая не могла реализоваться в той его жизни. Но я не вижу, почему именно образ Беатриче придает ему всё его величие, – это всего лишь один элемент в очень мощной и сложной природе.

Вопрос: Не тот ли это случай с этим размером[211] , когда нужно или придерживаться стаккато, выдерживая паузу в конце каждой стопы с почти равномерной регулярностью, или же рискнуть приблизиться к ямбическому пентаметру, используя простой и плавный ритм, как в вашей прекрасной строке:

которая могла бы показаться неуместной в окружении ямбических пентаметров?

Ответ: Возможно – хотя на мой слух эта строка не звучит как ямбический пентаметр, – ритм тогда несколько упростился бы и хромал. Лучше был бы хорей. Действительно, такая дилемма существует, и всё мастерство тогда заключается в том, чтобы избежать эффекта стаккато, но тут тогда понадобится очень легкий ритм.

Я думаю, принцип этого метра[212] состоит в использовании, так сказать, на очень малом пространстве нескольких четких ритмических групп. Во всяком случае, так мне представляется в настоящее время – хотя более свободное обращение с ним может показать неоправданность этого ограничения.

Я выбрал этот размер – или, скорее, я его услышал и принял, – потому что он мне показался одновременно простым и кратким, очень подходящим для эксперимента. Но теперь я вижу, что он лишь казался простым, а на деле он очень трудный. Легкость, с какой я им писал, происходила оттого, что счастливое вдохновение привело с собой и нужный размер, поскольку он сам вошел в мое сознание и я писал, подчиняясь ритму. Если бы я экспериментировал сознательно, то, возможно, столкнулся бы с теми же трудностями, какие сейчас мешают вам.

«Птица огня»[213] была написана за два дня и позднее переделана. «Транс» – за один раз, за несколько минут. У вас, наверное, есть даты, поскольку они были закончены в один и тот же день, а на следующий посланы вам.

Вопрос: В строке: «Halo-moon of ecstasy unknown»[214] – звучит ли «о» допустимым ассонансом, или на слух это слишком близко, или этот настойчивый повтор сделан намеренно для какой-то цели?

Ответ: На мой взгляд, они достаточно далеко друг от друга, чтобы ассонанс не был слишком заметным; я так услышал эту строчку и так сохранил, поскольку повтор вместе с долготой нередуцированного «о» несет в себе определенную не выраженную (и невыразимую) значимость.

Вопрос: Что точно здесь означает «Halo-moon» («Лунный ореол»)? Во второй строке есть конкретная физическая луна с ореолом. Предполагает ли это, что в десятой строке лунный ореол символизирует нимб присутствующего невыразимого – луна как физический объект исчезает в ореоле? Моя трудность состоит в том, что, если это просто «ореол», он не может быть в то же время «луной». Но, возможно, составное слово «halo-moon» – это эллипсис для «луны, окруженной ореолом».

Ответ: Да, разумеется, это «луна вместе с ее ореолом», но я хотел показать если уж не то, что центральное здесь тело исчезает в ореоле присутствия, а по крайней мере то, что в едином экстазе луна и ореол присутствия становятся единым эсктатическим зрелищем.

Вопрос: Последнюю строчку: «Ocean self enraptured and alone…»[215] – я понимаю так, что «self» здесь – это «Суть, символ которой и есть этот океан», иначе вы, вероятно, написали бы «self-enraptured»?

Ответ: Да, вы правы.