О снах и о смерти полностью

В конечном счёте, борьба здесь описывается только в качестве «зрелища», принадлежащего к миру иллюзий. Эдингер указывает на то, что в основе этой борьбы лежит Самость [62], единство противоположностей. Среди собранных Дэвидом Элдредом картин умирающей женщины, есть изображение поединка между светлой и тёмной мужскими фигурами [63], т. е. аналогичного мотива столкновения противоположностей. Возможно, мы должны рассматривать это в связи с поразительными и многочисленно представленными на древних саркофагах сценами борьбы и, особенно, поединков. Мы также можем вспомнить о том, что гладиаторские бои древнего Рима первоначально проводились в честь мёртвых.

Идея смерти как своего рода решающей борьбы, по-видимому, имеет архетипическую природу. Владислав Борос, современный католический теолог ярко описывал проблему смерти. С его точки зрения, смерть представляет собой не простое разделение души и тела, а процесс полной трансформации, который оказывает влияние даже на самые глубокие внутренние пласты души.[64] В момент смерти внутреннее единство души движется к мировому центру, «сердцу Вселенной» или ядру мира, где в тотальности встречи с самой собой она делает выбор за или против Бога. «В этом метафизическом месте человек принимает своё конечное решение. Этот выбор касается вечного существования… и в нём действие становится бытием, решение — состоянием, а время — вечностью».[65] Это новая психологическая интерпретация окончательного выбора загробного пути — в рай или в ад. «В своей неизменной форме Бог одним приносит мучение, а другим — блаженство, в зависимости от того, примет ли человек божественную любовь в смирении или отвергнет её».[66] Такое представление о разделённых противоположностях характерна для христианской точки зрения и представлена в истории Фауста, которого обманул и увёз Мефистофель.

Однако в египетском и алхимическом символизме противоположности в последний момент примиряются и после смерти тела объединяются в единое целое. По этой причине в Египетской Книге Врат в конце воскресения умершего появляется двуликий бог (с головами Сета и Гора), сопровождающий солнечного бога в процессе его перехода в потусторонний мир.[67] «Именно они приветствуют Ра на восточном горизонте неба».[68] Это изображение называется «Двуликий». Оно воплощает в себе природу противоположностей, ставших единым в обожествлённом умершем.

Рис. 4:Двуликий бог с головами Гора и Сета, представляющий собой объединение внутренних противоположностей в обожествлённом мёртвом.

Опыт умирающих людей зачастую действительно крайне парадоксальный. Во многих случаях из-за предсмертного ослабления сознания, в него прорывается весь вытесненный материал. Например, Ганс Христиан Андерсен, который всю жизнь был девственником, перед смертью произносил настолько непристойные и сексуально окрашенные слова, что присутствующие рядом выбегали из комнаты. Умирающий человек часто выражает смешанные хаотические впечатления. Также, иногда он оскорбляет родственников, швыряя им проклятия. Некоторые умирают в состоянии внутренней борьбы, а другие — спокойно и с чувством внутреннего умиротворения. На мой взгляд, эти реакции на приближающуюся смерть представляют собой две стороны одного и того же процесса: некоторые люди в момент смерти всё ещё находятся в агонии борьбы противоположностей, в то время как другие заранее предчувствуют результат этой борьбы, умиротворение и объединение полюсов. Вероятно, чем больше человек втянут в конфликт внутренних противоположностей до приближения смерти, тем в большей степени он может надеяться на спокойный и мирный конец.

_{1. См., например, К. Ранке «Индогерманское почитание мёртвых», с. 164 и дополнительно — цитируемую в этой книге литературу.}

_{2. Cм. ibid., с. 171.}

_{3. Ibid., с. 153.}

_{4. Ibid., с. 10, fns. 2, 3; также см. с. 11.}

_{5. См. Франсуа Кюмон, «Lux Perpetua», с. 166.}

_{6. См. ibid., с. 29.}

_{7. Ранке, op. cit., с. 153.}

_{8. Ibid., с. 176.}

_{9. См. Иван A. Лопатин «Культ мёртвых у аборигенов Приамурья», особенно с. 128.}

_{10. Ibid., с.126.}

_{11. См. W. Kucher, Jenseitsvorstellungen bei den verschiedenen Volkem, с. 130–159}

_{12. См. Sigrid Lechner-Knecht, “Totenbrauche und Jenseitsvorstellungen bei den heutigen Indianem und bei asiatischen Volkern,” с. 165.}