— Торви, — шепотом повторяю я. — Куда ты пропадаешь, когда ты не рядом со мной?
— Никуда. Меня просто… не существует.
Я хмурюсь, пытаясь это представить. И не могу.
— Это херово, — говорит она, и я хлопаю глазами.
Она делает шаг ко мне, и ветка вздрагивает под её огромным весом.
— Поэтому ты должна узнать, как мне остаться здесь.
— Я стараюсь.
— Старайся лучше. Где Великаны? — она нюхает воздух.
— Чего?
— Я хочу драться с Великанами! Где они? Они должны чувствовать, как реки крови изливаются из их тел, растерзанных моими клыками, — низко рычит она и снова царапает когтями дерево.
Я чувствую её силу, её более чем устрашающую энергию, но я будто нахожусь с ней по одну сторону и совершенно не испытываю страха.
— В Фезерблейде нет Великанов. Тут безопасно.
— Значит, не здесь я смогла почувствовать великолепный вкус великаньей крови?
— Здесь, но они
— О, — она выглядит разочарованной. — А как насчет фейри, который пытался убить тебя магией тени под водой? — она низко приседает на лапах. — Давай разорвем его на куски и покажем всем …
Я перебиваю её.
— Ты не можешь его убить.
— Почему?
— Он тоже должен стать Стражем Одина, как и я.
Медведица выпрямляется и смотрит на меня.
— Он хотел тебя убить.
— Ага.
— Значит, он твой враг.
— Ага.
— И… мы не можем убить врага?
Я киваю.
— Правильно.
ЕЁ огромная задняя часть грохается на ветку.
— И здесь нет снега.
— Нет снега, — шепчу я.
— За что же боги наказали меня, послав сюда, — бормочет она.
— Торви? — я заглядываю в её огромные глаза. Глаза, в которых я
— Контролировать меня? — в её голосе звучит возмущение. — Во мне заключены невероятная сила и всепоглощающая ярость! Тебе не нужно меня контролировать. Ты должна открыться мне. Вместе мы повергнем тех, кто осмелится тебе противостоять!
— Сочту, что это «нет».
Она вскидывает голову.
— А ты умная. Сразу понимаешь.
— А ты можешь… — я пытаюсь понять, о чем спросить её, чтобы что-нибудь выяснить. —
После долгой тишины она опускает голову.
— Нет.
— А ты, ну… пыталась?
— Да.
— Что ты пыталась заставить меня сделать?
— Сказать мне, где спит фейри, пытавшийся тебя убить.
Я потираю лоб рукой.
— Сколько тебе лет? — в ней есть нечто детское. Будто она огромный ребенок, созданный для убийств.
— У меня нет возраста. Я — часть тебя.
Сейчас это кажется настолько невероятным, что я не знаю, что ответить.
— Я пришла сразиться с врагами, а врагов нет, — говорит она, и теперь кажется, что ей скучно.
Как я призвала её? Она решила, что пришла сражаться. Может, Фезерблейд действительно хочет, чтобы она помогла мне попасть в архив?
— Ты можешь залезть наверх?
— Конечно, я могу залезть наверх, — в её голосе снова слышится возмущение.
— Можешь отнести меня туда? — я показываю вверх, на Гнездо Грифона?
— Там наверху есть враги, которых я смогу убить?
— Кхм, — пока я решаю, стоит ли соврать ей, её тело начинает сверкать. — Нет!
Она встает и отряхивает мех.
— Останови это. Я хочу встретиться с врагами, поджидающими на вершине этого дерева и заставить их пожалеть, что они появились на свет, — рычит она.
— Я не знаю, как это остановить! — я подхожу к ней, но она уже наполовину прозрачная.
— У тебя же есть магия?
— Да, но… — я вытягиваю руку, призывая лед. Он появляется и кружит вокруг меня, но пролетает прямо сквозь Торви.
Последнее, что я слышу перед тем как она окончательно исчезает, это отдаленное, полное сарказма:
— Забудь, что я сказала насчет того, что ты умная.
Я таращусь на то место, где она только что стояла, пульс зашкаливает.
Только что я встретила свою
ГЛАВА 33
МАДДИ
Когда я прихожу в мастерскую, Сарры там нет, и я не знаю, хороший ли это знак.
Я сразу отправляюсь в галерею и сохраняю весь свой разговор с Торви, пусть и короткий. У меня получается сияющая статуя маргаритки, и я точно знаю, что часто буду возвращаться к ней. Пока я там, также ищу значение её имени.
Призрачная книга о древних рунах появляется в моих руках, пока я стою в тишине мастерской Сарры. Я пролистываю её, пока не нахожу Торви.
— Громовая Воительница, — вслух читаю я.
Губы растягиваются в широкой улыбке. Судьбы святые, я должна узнать, что сделать, чтобы она осталась.
Я подрагиваю от восторга, все тело покалывает каждый раз, когда я представляю в мыслях огромную медведицу.
Она хочет, чтобы я нашла способ заставить её остаться, так что проблема явно во мне. Я вспоминаю её слова.