Как я уже говорил, вся политика Центрального Народного правительства в отношении Тибета за эти годы была правильной, и каждое мероприятие, проводившееся Центральным Народным правительством, способствовало освобождению тибетского народа от отсталости и темноты и его всё большему пробуждению. Тибетский народ всё более отчётливо видит, что у него будет новая политическая, экономическая и культурная жизнь. Однако бывшее местное правительство и реакционная клика верхушки Тибета всячески старались добиться того, чтобы тибетский народ длительное время находился в условиях гнёта отсталой феодально-крепостной системы. Поэтому, увидев, что тибетский народ начинает постепенно пробуждаться, они пришли в полное замешательство и вступили в сговор с империалистами, чанкайшистской бандой и иностранными реакционерами. Внешне они лицемерно выступали за сплочение и соблюдение Соглашения, но в душе стремились с помощью империалистических и реакционных сил подорвать единство Родины и таким путём возродить в Тибете империалистические агрессивные силы и сохранить свою жестокую эксплуатацию тибетского народа с помощью феодально-крепостной системы. Для осуществления своих подлых замыслов они вели широкую заговорщическую деятельность. Так, например, выполнение 8‑й статьи Соглашения, предусматривающей, что «тибетские войска будут постепенно реорганизованы в части Народно-освободительной армии и станут частью вооружённых сил национальной обороны Китайской Народной Республики», может облегчить тяжёлое бремя тибетского народа, так как бывшее местное правительство брало на себя лишь очень незначительную часть расходов на снабжение тибетских войск, в то время как расходы на обмундирование и прочие расходы ложились непосредственно на плечи народа. Но реакционеры всё время препятствовали осуществлению этого. Далее, широкие массы тибетского народа и прогрессивные элементы верхних и средних слоёв населения горячо стремились к постепенному изменению отсталой феодально-крепостной системы в Тибете на основании 11‑й статьи Соглашения, предусматривающей, что «местное тибетское правительство должно проводить реформы добровольно». Реакционеры всяческими способами и ухищрениями пытались помешать и этому. Подготовительный комитет по созданию Тибетского автономного района был образован на прогрессивной основе. Его прогрессивность шла вразрез с желаниями этих реакционеров, поэтому они изо всех сил старались сделать так, чтобы работа Подготовительного комитета по созданию Тибетского автономного района не продвигалась вперёд, кроме того, по отношению к некоторым прогрессивным деятелям они прибегали к террору и давлению. Части Народно-освободительной армии и правительственные работники, посланные в Тибет Центральным Народным правительством, последовательно осуществляли в Тибете политику свободы вероисповедания, не допуская ни малейшего вмешательства в дела любого монастыря. В соседней провинции, в некоторых районах, населённых тибетцами, в результате поднятого реакционерами антигосударственного и антинародного вооружённого мятежа, некоторые монастыри были даже полностью превращены в бандитские штабы. Во время подавления мятежа этим монастырям неизбежно был нанесён некоторый ущерб. Воспользовавшись этим, тибетские реакционеры стали распространять преувеличенные и извращённые слухи, утверждая, будто бы «монастыри уничтожаются» и т. д. и т. п., извращая действительность и вводя массы в заблуждение. В мае и июне прошлого года эти реакционеры ещё более распоясались и собрали мятежников, сбежавших в Тибет из соседней провинции, в районе вдоль обеих берегов реки Ялуцзанбу (то есть р. Цангпо) и подняли вооружённый мятеж. Вплоть до этого времени Центральное Народное правительство, всё ещё полностью уважая бывшее местное тибетское правительство, неоднократно поручало ему усмирять вооружённые мятежи в подчинённых ему районах. Однако бывшее местное правительство одновременно со словесными обещаниями и внешними показными действиями фактически за кулисами всеми силами поддерживало вооружённых мятежников и дошло до того, что недавно сосредоточило большое число бандитов в Лхасе. Поскольку все мероприятия, проведённые Центральным Народным правительством, не давали им никакого повода, тогда они решили распустить слух и ввести массы в заблуждение и для этого использовали то обстоятельство, что Далай-лама решил посмотреть спектакль в зале штаба Тибетского военного округа. Дело обстояло следующим образом. За месяц до этого Далай-лама сам изъявил желание посмотреть спектакль в зале штаба Тибетского военного округа, день 10 марта также был назначен самим Далай-ламой. Однако реакционеры, обманывая население Лхасы, стали говорить, что Далай-ламу приглашают посмотреть спектакль в зале штаба военного округа для того, чтобы насильно увезти его во внутренние районы страны, и распускали прочие гнусные слухи, и таким образом они открыто начали свои преступные действия, направленные на подрыв сплочённости и единства Родины. Именно в тот день у ворот Норбулингки, где жил Далай-лама, был убит член комиссии по делам религии при Подготовительном комитете по созданию Тибетского автономного района Сонам-Цзяцо, старший брат главного вождя района Чамдо хутухта Пабала, и был ранен заместитель командующего Тибетским военным округом Сампо Цэван-Жэньцзэнь, мятежники вооружённым путём заняли территорию, находящуюся за внутренними и внешними стенами дворца, где жил Далай-лама, дойдя тем самым до крайности в своём беззаконии. Однако Центральное Народное правительство, продолжая проявлять великодушие и исходя из стремления к сплочённости, потребовало от бывшего местного тибетского правительства исправить ошибки, принять меры к ликвидации мятежа. Чтобы помочь Далай-ламе, представитель Центрального Народного правительства в Тибете генерал Тань Гуань-сань направил Далай-ламе три письма, два из которых были переданы лично мной. Далай-лама также через меня направил три ответных письма, написанных им самим. В письмах изложены подробности того, как мятежники всячески угрожали Далай-ламе. И вот ночью 17 марта Далай-лама был увезён мятежниками. После этого, в три часа сорок минут утра 20 марта мятежники предприняли вооружённое нападение на находящиеся в Лхасе части Народно-освободительной армии и учреждения Центрального Народного правительства в Тибете. В целях защиты единства Родины и безопасности тибетского народа, части Народно-освободительной армии были вынуждены в тот же день, 20 марта, в 10 часов утра по пекинскому времени прибегнуть к ответным ударам и при искренней помощи широких масс тибетского народа в очень короткий срок ликвидировали мятеж в районе Лхасы. До этого части Народно-освободительной армии не сделали ни одного выстрела, это может подтвердить всё духовенство и гражданское население города Лхасы. Подводя итог вышеизложенному, можно сразу же понять, кто именно с начала до конца неизменно соблюдал и выполнял Соглашение из 17 статей, а кто нарушал это Соглашение.