Ну, для такой красивой девушки получать цветы – это, наверное, уже привычка.
Елена А.
Ну не скажите.
Дмитрий Л.
Я был бы рад дарить цветы каждый день. И можно на ты:)
Не хочешь как-нибудь прогуляться?
Елена А.
Конечно, было бы здорово! Когда у тебя будет время?
Дмитрий Л.
Я сейчас в Москве. А увидеться смогу через пару недель.
Елена А.
Ого, так много дел?
Дмитрий Л.
Так я же в Москве.
Елена А.
А я подумала, в торговом центре «Москва».
Дмитрий Л.
Нет, я живу в городе Москве.
Тут нужно немного пояснить, дорогой читатель. Моя Helen тогда считала Москву чем-то невероятным, далеким, недосягаемым, хотя до Липецка было всего пятьсот километров. На тот момент она никогда не выезжала дальше ближайших городов, а прямо возле ее дома был ТЦ «Москва», поэтому она решила, что я нахожусь где-то рядом.
Так наш первый короткий разговор и закончился. На следующий день я спросил, как у нее дела, а она поинтересовалась, не попал ли я под дождь – в тот день в Москве и правда прошел сильный ливень.
Ничего особенного. Два-три сообщения в день – влюбленные обычно переписываются больше, не так ли? Но я боялся показаться навязчивым. Я боялся ранить ее. Боялся перейти черту.
Позднее я узнал, что она обижалась на это. Ей хотелось большего внимания, хотелось чувствовать себя нужной, знать, что я по ней скучаю. Но гордость не позволяла ей даже намекнуть на это.
Дмитрий Л.
В эти выходные буду в Липецке. Не хочешь увидеться?
Елена А.
Да, давай. Завтра вечером?
Я не прыгал от счастья, как подросток. Не думал о том, как все пройдет, не строил планов. Знаешь, это было поразительное ощущение. Все шло так, как должно было идти. У меня не было цели впечатлить ее, затащить в постель, влюбить в себя. Я не хотел ее присваивать и осыпать сообщениями с утра и до ночи. Все было так, как должно быть. Когда мы назначили встречу, я был уверен, что она пройдет хорошо.
Меня не пугало, что у нее (конечно же!) много поклонников. Не пугала ее «трагическая» история, которой все вокруг хотели меня предостеречь. Я не собирался с ней играть. Дело в том, дорогой читатель, что она была чиста, как весенний день. Вокруг нее всегда была хорошая погода. Знаешь, даже в самый пасмурный день как будто луч солнца всегда пробивался над ней. Это было необъяснимо. Говорят, что у таких солнечных людей всегда сложная судьба.
Прошло много времени, но ее образ так прочно впечатался в мою память, что я легко могу представить ее рядом. Конечно, я думаю о ней практически постоянно. Но не только о ней: еще я размышляю о своих поступках, о тех, которые совершил, и еще больше о тех, которые стоило бы совершить.
Людям моего склада не свойственно сомневаться в себе. Если бы мы однажды встретились с тобой, ты бы ни за что не подумал, что изнутри меня разрывают мысли. Мог ли я все изменить? В чем была моя ошибка? И ошибался ли я?
Но пока что наша история только начинала разворачиваться. Итак, мы назначили встречу.
В пятницу вечером, поскорее свернув дела в офисе, я выехал в Липецк на машине. Повторюсь, я совсем не нервничал. В глубине души я чувствовал, что все просто идет так, как должно. Все наконец становится на свои места.
Остановился в том же отеле, что и обычно. Быстро закинул вещи, умылся, освежив лицо, и поехал к ней. Притормозил у подъезда, написал короткое сообщение. Дверь подъезда открылась, и вот выходит Helen.
Как же она была хороша! Дорогой читатель, если у тебя хотя бы раз замирало сердце при виде другого человека, ты понимаешь, о чем я говорю. На ней было легкое платье глубокого изумрудного цвета. И без того высокая, она надела туфли на шпильках, но меня это нисколько не смущало. Честное слово, это было как в фильме: что-то происходит, и мир вокруг замирает. Как будто кто-то включил замедленную съемку.
