Группировка всей армии крупными частями вдоль самой реки, которую мы считаем наилучшей при непосредственной обороне, основывается на предпосылке, что неприятель не может большими массами неожиданно совершить переправу, ибо в противном случае опасность быть разбитым по частям была бы очень велика. Поэтому, если обстоятельства, благоприятствующие обороне реки, недостаточно выгодны, если в руках неприятеля уже имеются богатые средства для переправы, если река изобилует островами или даже бродами, если она недостаточно широка, если мы, обороняющиеся, недостаточно сильны и т.д., - то о непосредственной обороне реки не может быть и речи. Войска для обеспечения связи между собою должны быть несколько отодвинуты от реки, и все дело заключается теперь в том, чтобы, по возможности, ускорить сосредоточение к тому пункту, где неприятель предпринял переправу, чтобы атаковать его раньше, чем он успеет распространиться настолько, чтобы располагать несколькими переправами. В этом случае река или долина должны наблюдаться и слегка обороняться цепью сторожевого охранения, а сама армия должна располагаться в нескольких группах на подходящих пунктах на некотором расстоянии от реки (обычно на расстоянии нескольких часов ходьбы).
Главное затруднение для наступающего в данном случае заключается в прохождении через теснину, образуемую рекою и ее долиной. Здесь, следовательно, дело сводится не столько к водной массе самой реки, сколько к общему характеру образуемой теснины; как общее правило, глубокая скалистая долина представляет гораздо большее препятствие, чем река значительной ширины[214]. Трудность прохождения большой массы войск через значительные теснины в действительности гораздо больше, чем это представляется с отвлеченной точки зрения. Требуемое для этого время весьма значительно; опасность, что неприятелю удастся овладеть окружающими высотами еще в момент прохождения через теснину, внушает серьезное беспокойство. Если первые переправившиеся части слишком далеко продвинуты вперед, то они раньше столкнутся с неприятелем и им угрожает опасность быть раздавленными превосходными силами; если они останутся поблизости от места переправы, то придется сражаться в самых невыгодных условиях. Поэтому переход через такую прорезь в рельефе местности, имеющий целью помериться силами с армией противника по ту сторону ее, представляет собою отважное предприятие, необходимой предпосылкой успеха которого являются значительное превосходство сил и надежность командования.
Правда, подобная оборонительная линия не может растянуться на такое пространство, как участок непосредственной обороны крупной реки, ибо в основе лежит стремление вступить в бой всеми сосредоточенными силами, а переправа здесь, как бы трудна она ни была, не может сравниться с переправами через большие реки; поэтому для совершения обхода неприятелю не придется совершать особенно дальних движений. Однако этот обход сдвигает неприятеля с его естественного направления (ибо мы, само собой разумеется, предполагаем, что долина перерезает последнее приблизительно перпендикулярно), а невыгодное явление стесненных путей отступления исчезает не сразу, а лишь постепенно. Таким образом, обороняющийся, даже не захвативший переправляющегося в самый критический момент, все же сохраняет некоторые преимущества и тогда, когда последний путем обхода приобрел некоторый простор.
Речь идет не об одной только водной массе рек; едва ли не большее внимание уделяется нами глубине их долин; поэтому мы должны оговориться, что под последней мы разумеем не настоящую горную долину, ибо в таком случае на нее распространялось бы все то, что нами было сказано о горах. Известны весьма многие совершенно ровные районы, где даже самые небольшие реки текут в глубоких долинах или оврагах с крутыми берегами; кроме того, сюда же следует отнести также реки, имеющие болотистые берега и другие препятствия для доступа.
При таких условиях группировка обороняющейся армии позади значительной реки или глубокой долины создает очень выгодное положение, и этот вид обороны рек надо отнести к числу наиболее удачных стратегических мероприятий.
Слабое ее место (т.е. пункт, на котором обороняющийся легко может споткнуться) - это чрезмерная растяжка сил. Так, естественно дать себя увлечь в подобных случаях от одного места переправы к другому и выйти из тех пределов, в которых следовало бы заключить оборону; а если не удастся дать бой вполне сосредоточившейся армией, то все значение этой обороны теряется; проигранный бой, вынужденное отступление, смятение и потери приближают армию к полному разгрому, хотя бы она и не упорствовала до крайнего предела.
В этих условиях обороняющийся не должен растягиваться слишком сильно; во всяком случае к вечеру того же дня, в который неприятель переправляется, обороняющийся обязан сосредоточить свои войска. Этим достаточно сказано, и мы можем отказаться от рассмотрения всяких дальнейших комбинаций времени, сил и пространства, зависящих в данном случае от множества местных условий.
