"И что дальше?"– спросишь ты. А дальше ничего нет. Ты бесполезная использованная игрушка. Чувствуешь, как поднимаются все сильнее горные метели? Как поднимаются волны в морях? Как само небо искренне смеется над твоей глупостью! Это я возвращаюсь в этот мир. Ты освободил меня, уничтожив все то, за что погиб твой род. Ты воплощение идиотства, алчности и бессилия. Ты можешь стоять на этой башне. И наблюдать за вездесущей смертью, в которой ты повинен. Ты освободил меня. Отныне это твоя ноша. И ты будешь страдать ей, даже когда умрешь. Совсем скоро умрешь [прим. до сих пор доподлинно неизвестно, кому была адресована эта книга. Вполне вероятно, что Добольн просто обезумел. Однако исторические факты, упомянутые Добольном в работе, подтверждаются другими источниками].
Помимо этого были найдены и другие источники той эпохи.
Я никогда не писал о себе и своей жизни. И не думаю, что в данный момент я силен в точном описании своих мыслей. Была ли у тебя, мой дорогой друг (как же странно обращаться к книге!) такая же ситуация, как у меня? Когда все, к чему ты столько шел, рушилось в одну секунду. Нет, не секунду. Мгновение!
Мы шагали уверенно по столь эпохальным событиям, что невозможно было и представить, что в наших телах поселился червь. Наши внутренности медленно гноились, ослабляя нас, а потом он нанес удар в спину.
Теккерайт, будь проклято имя твое. Будь прокляты цели, которые ты преследуешь. Будь проклято существо твое, червь.
Я отдал Вердрену кровь Вильнронгарда. Флакон, который у меня остался. Мы ничего не успели сделать. Мы бежали из Долима и… [прим. автор так и не закончил мысль].
Я повесил картину Анориса в нашем новом прибежище. Я думаю, он не будет против. Смешно. Он так и пропал с того момента. Не знаю, где он. Домой он уже вряд ли вернется. А картина красивая. Королева Касарра внушает мне гордость за то, что я мунгудирец. Боюсь, гордость мне сейчас не к чему.
Я завалил вход, который начинается в Клеммильте. Без тысяч рабочих было гораздо тяжелей закончить работы по копанию тоннеля в сторону Долима. Новый вход теперь прямо в горах.
