В феврале 1940 года моего отца прямо с уроков забрали в армию, без вещей и прощания с семьёй. Ехали в вагонах теплушках до города Львова, а затем в приграничное село Коробчив (это в Северной Буковине). Служить попал в 26-й корпус 12-й армии, в тяжёлый артиллерийский полк. На вооружении были гаубицы 122 и 152 мм, транспортировка на тракторах «Ворошиловец». Службу проходил во взводе фоторазведки. Хорошо освоил фотодело, умел ретушировать негативы (пригодилось детское увлечение рисованием). Фотооборудование позволяло делать фотоснимки размерами до одного метра, которые затем соединялись в панораму. Она использовалась для определения целей, ориентиров для стрельбы и т. д.
В марте 1941 года передислоцировались в село Черновицы, находящееся в тридцати километрах от границы. 21 июня 1941 года всем выдали противогазы и пластмассовые пеналы для записи своих данных. А 22 июня на рассвете началась бомбёжка железнодорожного узла и территории полка. Средств противовоздушной обороны в полку не было. Командир полка полковник Коробченко не имел связи и не знал, куда двигаться, что, где и как. Полк отступал по мосту через реку Прут под бомбёжкой.
Отец был в курсе всех событий. Он нашёл в кустах автомат ППШ с двумя полными дисками. В части такого оружия не было, и полковник приказал отцу быть при нём в качестве охраны. Свою задачу по прикрытию отступающих частей они выполняли до тех пор, пока все их орудия не были уничтожены авиацией противника. За это время остатки полка форсировали реку Днестр и проехали через город Каменец-Подольский в сторону Винницы. Когда после очередной бомбардировки были разбиты последние машины, отец остался с сержантом Ивановым, сверхсрочником. У них произошла первая скоротечная схватка с немецкими солдатами. Отбились гранатами и с помощью автомата. Отец получил лёгкое ранение кисти левой руки.
Ситуация сложилась так, что кругом оказались немецкие автоматчики, которые прочёсывали этот участок леса. Иванов, опытный солдат, воевавший с финнами, изготовил дыхательные трубки из камыша, и они спрятались в воде небольшого пруда, поросшего камышом, и дышали через эти трубки. Они слышали стрельбу и крики и просидели в воде больше суток, пока всё не стихло. Рано утром, по темноте, пробрались через лес и с пригорка, когда рассвело, увидели большую поляну с солдатами Красной армии в окружении колючей проволоки и немецких солдат. Таким образом, благодаря своей солдатской смекалке, они избежали плена.
Уходя от опасного места на восток, случайно нашли генеральский мундир вместе с сапогами и полевой сумкой. Мундир Иванову пришёлся по росту, и он взял его с собой.
Недалеко от села Высокое увидели шоссе, по которому двигались немецкие колонны, беженцы. Среди беженцев было много молодых людей, переодетых во что попало. Немцы на них не обращали внимания. Переодевшись в следующем селе и спрятав оружие в мешки, пошли как все, в общей массе, и прошли почти до города Черкассы. В дороге они узнали, что на мосту через Днепр немцы беженцев сортируют и всех мужчин призывного возраста отправляют в лагерь. Не доходя до моста, они и ещё несколько человек свернули с дороги и пошли лесом по берегу Днепра. В сосновом бору наткнулись на брошенный дом отдыха, где уже было много солдат и ни одного офицера. Все были переодеты в рядовых или в гражданскую одежду.
Через несколько дней стали выбирать командиров, но никто не мог подтвердить своё звание ни формой, ни документами. Тогда товарищ отца, сержант Иванов Иван Андреевич, 1913 года рождения, из Куйбышевской области, надел генеральскую форму, а отца представил как адъютанта. С этого момента ему стали беспрекословно подчиняться.
Составили списки взводов, рот, назначили командиров. В итоге бoльшая часть ушла на восток, переправившись через Днепр на плотах. Несколько десятков солдат остались, решив организовать партизанский отряд, создать базу в глубине леса и бороться с фашистами на месте. Командиром стал Иванов И. А., а комиссаром избрали отца – Смирнова В. Е. Отряд решили назвать «Грозный».
В это трудное, тяжёлое время для нашей страны люди без приказов, по собственному желанию объединялись для борьбы с врагом. Намного позже, после войны, отец рассказывал о годах, проведённых в тылу врага. Это были трудные, тяжёлые годы. Много людей, товарищей погибло. Кое-что отец описал в своих воспоминаниях, но это очень малая часть. Иногда он рассказывал отдельные эпизоды моему сыну, когда они вдвоём гуляли по лесу. Остановлюсь на последнем эпизоде его боевой жизни.
