- Опять задерживаемся? Всё-таки я твоему начальнику объясню, как работать с личным составом. Чем же вы весь день занимаетесь, раз все дела на ночь откладываете? - Валерий Сергеевич уже бушевал, сидя за кухонным столом.
- Пап , я на выставку ходила. С коллегами. - Катя знала, что стоит ей упомянуть Германа, допросов ей не избежать с обеих сторон, а ей очень не хотелось сейчас сдавать рапорт.
- Я к себе пойду, спокойной ночи. - Катя поцеловала родителей и отправилась в комнату.
Валерий Сергеевич, неудовлетворённый ответом дочери продолжал возмущаться-Лен, ну ты послушай, на выставку она ходила. Что она там не видела? Я, вон, ее в пятом классе в Третьяковку водил , пол дня там ходили. Чего еще надо?
Елена Александровна ничего не ответила, лишь пожала плечами.
Переодевшись в любимую пижаму, Катя легла в постель. Не хотелось ни о чем думать и что-то писать в дневнике. Внутри впервые за очень долгое время поселилось спокойствие, но настолько зыбкое, что Катя боялась его нарушить своими мыслями. Она очень устала за последние несколько месяцев. Ее любовь к Андрею вымотала ее морально, а огромное количество работы измотало физически. Поэтому она сейчас закроет глаза и будет наслаждаться этим покоем , этим умиротворением, а обо всём остальном она, подобно Скарлетт О’Хара, подумает завтра.
Кира сидела на краю кровати, прижимая к груди книгу по психологии с многообещающим названием “Владей собой”. Она покачивалась взад и вперёд, повторяя, как мантру, одни и те же слова.- Ну же, Андрей, возьми трубку…- Со стороны она напоминала больного неврастенией в больничной палате психдиспансера. Глаза Киры были красные от слез и усталости, но она не ложилась спать. Мобильный Жданова был отключен, а домашний не отвечал. Ее воображение уже рисовало в голове картины, на которых Андрей предавался любви с очередной моделью Милко, а может просто со случайной красоткой, которую подцепил в баре. Минуты превращались в часы , время близилось к рассвету, а Кира так и не смогла сомкнуть глаз.
А в это время, пьяный вдрызг Андрей Жданов мирно спал у себя дома… Один.
========== Глава 8. Добрым не бывает ==========
Как же сильно болит голова-это единственная мысль, которая сопровождала Андрея с момента пробуждения. Всё-таки вчера они с Синицким выпили лишнего. Какая-то девушка, вроде бы ее звали Ирина, пыталась его поцеловать, покусывала ухо, расстегивала рубашку, проникала изящной ручкой в джинсы, нащупывая его готовность, потом приглашала к себе домой продолжить приятный вечер. Он явственно помнил, как вежливо отстранил ее, как вернулся к столику, а на вопросы Синицкого лишь фыркнул что-то нечленораздельное. Взяв такси, он отправился домой, находясь в состоянии крайней кондиции. Как добирался от такси до квартиры он не помнил. Дома ему, видимо, удалось добрести до дивана и рухнуть на него без памяти. Ни звуки сигнализаций за окном , ни телефонные трели, всю ночь разрывающие тишину квартиры, не смогли его пробудить. Цепочка событий восстановлена. Можно подниматься с кровати.
Андрей проснулся в начале седьмого утра. Можно было поспать ещё, но так тяжело спать, когда безумно хочется пить. Он отправился на кухню и опустошил графин с водой. Снова ложиться спать было глупо, поэтому Андрей решил принять душ и поехать на работу.
Жданов вошёл в здание и вскользь поздоровался с сонным Потапкиным. Пустые коридоры офиса Зималетто, пустая приёмная, пустой президентский кабинет. Его угнетала эта пустота. Немного успокаивало лишь то, что на часах было чуть больше восьми. Андрей сел за стол и стал перебирать бумаги, затем достал блокнот и попытался написать в нем какой-то список. Спустя минуту список был безжалостно перечеркнут, страница вырвана и отправлена в ведро для бумаг.
Андрей подошёл к окну, по привычке перебирая в руках резиновый мячик, служивший ему неким антистрессом и выбросом негативной энергии. Он долго смотрел в окно на прохожих, на припорошенные снегом тротуары, на утреннюю суету автомобилей. Наконец , Андрей отошёл от окна и его взгляд упал на часы-девять ноль одна! А Кати до сих пор нет на рабочем месте.- Он вдруг рассвирепел и со всей силы швырнул, удерживаемый в руках мячик. Звук разбитого стекла заставил его прийти в себя. Под столом лежала их с Кирой фотография, а рядом осколки разбитой рамки.
Катя этим утром очень спешила на работу. День с самого начала не заладился. Сначала случилась авария рядом с ее домом, преградившая путь троллейбусу, на котором она, обычно, добиралась до Зималетто, потом такси, которое ехало вместо заявленных десяти минут целых тридцать пять , а в завершение всего, как вишенка на торте, была огромная пробка на Кутузовском проспекте. Ворвавшись в здание Зималетто, Катя со всей прытью побежала к лифту , а добравшись на нужный этаж, поспешила на свое рабочее место. Ни Маши Тропинкиной, ни Виктории она по пути не встретила, значит всё не так уж и плохо и она не сильно опоздала.
Войдя в президентский кабинет, Катя наткнулась на холодный взгляд начальника, который был готов пригвоздить ее к входной двери.
