Ученая критика нашла въ поэтическихъ миѳахъ Востока разрѣшеніе основныхъ историческихъ вопросовъ, именно: о первоначальномъ развитіи общества человѣческаго, съ первыхъ ступеней его – съ кастъ и отдѣльныхъ семействъ, до государствъ монархическихъ. Индійскіе миѳы говорятъ, что касты учреждены были богомъ Брамою еще при сотвореніи человѣка, и что брамины или жрецы произошли изъ головы Брамы, кшетрія или воины – изъ груди, вайшія или ремесленники – изъ живота и лядвей, a судра или рабы – изъ ногъ. Въ этомъ здѣсь видно во 1-хъ, вѣрованіе востока въ происхожденіе всего отъ одного начала, именно отъ Бога, и проникновеніе религіею всѣхъ проявленій жизни; во 2-хь, то, что на востокѣ первоначально имѣла значеніе только каста, или масса людей, a не человѣкъ въ отдѣльности, такъ что внѣшняя природа совершенно подавляла тамъ духовную природу человѣка. Поэтому-то мы и называемъ касты низшею ступенью обществъ политическихъ. – Взаимнымъ отчужденіемъ кастъ объясняется и та уединенность, которая составляетъ отличительную черту политической жизни государствъ восточныхъ; такъ что тѣ государства, y которыхъ касты долѣе существовали – долѣе другихъ сохранили и свой уединенный характеръ; таковы были, Индія, Мероэ и Египетъ.
Уединенность и своеобразіе государствъ восточныхъ были причиною и тѣхъ своеобразныхъ религій, которыя мы находимъ въ каждомъ изъ нихъ: законъ религіозный по самому развитію обществъ былъ тамъ соединенъ съ закономъ государственнымъ. Идеи и преданія о Богѣ и божественныхъ предметахъ, уклоняясь съ теченіемъ времени отъ первоначальной чистоты и истины, принимали y каждаго народа неисчислимые оттѣнки, искажались, терялись и наконецъ національныя божества съ самыми разнообразными аттрибутами населяли міръ. Эти аттрибуты тѣмъ фантастичнѣе и колоссальнѣе, чѣмъ далѣе къ востоку, и тѣмъ утонченнѣе, чѣмъ ближе къ западу: такова религія Зороастрова у Иранскаго племени. Въ Греціи и Римѣ божоства принимаютъ уже человѣческую форму.
Одинъ только въ древнемъ мірѣ народъ Еврейскій сохранилъ, при особенной помощи Промысла, первоначальную чистоту религіи, хотя и онъ развивался точно такимъ же образомъ, какъ и другіе народы востока. – И эта-то религія была собственно тою цѣлебною, жизненною силою, которая время отъ времени освѣжала жизнь народовъ древнихъ, терявшихъ въ грубомъ многобожіи высокія идеи о Богѣ и объ отношеніи къ нему человѣка.
Здѣсь лежитъ основаніе всѣхъ политическихъ переворотовъ древняго міра; и въ этомъ отношеніи исторія Еврейскаго народа сколько отдѣльна отъ исторіи другихъ древнихъ государствъ, столько же и обща имъ. Всякій разъ, когда искажались y Евреевъ истины религіозныя, они впадали въ тяжкое чужеземное иго. Это иго вразумляло ихъ, и они снова обращались къ своимъ завѣтнымъ идеямъ, къ своему завѣту Божію. – Между тѣмъ это самое иго и переселенія Евреевъ были столько же полезны и ихъ побѣдителямъ. Они сближали обоихъ народовъ, и побѣдители многое заимствовали отъ своихъ побѣжденныхъ изъ ихъ священныхъ истинъ и преданій.
Такъ, по выходѣ изъ Египта, послѣ продолжительнаго періода несчастій и славы, подъ управленіемъ судей, пророковъ и царей Евреи подпали подъ иго Навуходоносора, царя Вавилонскаго, который вмѣстѣ съ ними покорилъ и другихъ народовъ Симитическаго племени, и основалъ изъ нихъ огромную Вавилонскую монархію. Средоточіемъ этой монархіи, составленной исключительно силою оружія, былъ воздвигнутый побѣдителемъ чудный Вавилонъ. – Какъ лице самого Навуходоносора, такъ и его столица въ высшей степени полны интереса. Куда бы ни простеръ Навуходоносоръ свое оружіе, въ немъ видно орудіе Промысла: народы па-дали къ стопамъ его; a его столица, богатая и многолюдная, съ своими обширными и великолѣпными чертогами и крѣпкими стѣнами, съ своими садами, набережными и мостомъ, долго считались чудомъ свѣта. Сюда-то, въ средоточіе тогдашняго міра, приведены были плѣнные Евреи, и здѣсь-то, на рѣкахъ Вавилонскихъ, оплакивали они свои грѣхи и падшую родину. Очищаясь сами, они въ то же время просвѣщали и своихъ побѣдителей и знакомили ихъ съ Богомъ Высшимъ, владѣющимъ царствами человѣческими.
