Тренировка началась тут же после короткой трапезы. Эвион и Тео ожидали, что проходить учение будет в большом оборудованном зале с решётками на окнах, в котором вампиры в свободное время забавляются фехтованием, но Этрих и Брен вывели их на улицу, выдав сабли, и показали несколько простых выпадов. Эвион когда-то в детстве уже изучал это искусство, но из-за долгого отсутствия практики и руки навык он подзабыл. Тео с саблей управлялся неумело, больше засматривался на вязь на эфесе. Хет без труда освоил движения.
Учителя стали друг против друга, разыгрывая дуэль. Оба поклонились, не спуская друг с друга глаз, потом вскинули сабли, и друзья только и слышали, как звенела сталь и вампиры сыпали друг другу шутки. Скрещивая сабли, противники на секунду замирали, словно этим жестом что-то друг другу сообщая, а потом вновь стремительно расходились, и снова их сабли блистали в лучах солнца. В конце оказалась ничья – Этрих остановил лезвие сабли у горла Брена, а тот, скаля зубы в полу-улыбочке и тихонько посмеиваясь визгливым смехом, держал кончик сабли у сердца соперника.
– Теперь ваша очередь! – торжественно объявил Этрих, опуская саблю. – Ну, кто против кого?
Трое переглянулись. Странно было осознавать, что им надо драться друг против друга, когда они бились плечом к плечу.
– Ладно, тогда Хет, Эви, к бою! – скомандовал Этрих и отошёл от них на безопасное расстояние.
– Сейчас позабавимся… – шепнул Брен Тео.
Эвион и Хет поклонились друг другу, но не успел Эви поднять голову, как оппонент уже рассёк над ним воздух саблей.
– Нечестно! – Эви отскочил и встал в оборонительную позицию.
– На войне как на войне. – спокойно отвечал Хет.
– Раз так… Получай! – Эвион вошёл во вкус и принялся демонстрировать свои знания. Кинувшись на друга, он заставил его отступить на несколько шагов. Хет виртуозно отбивал атаки, даже успевал сам нападать. Пару раз сабли скрещивались, на третий раз Хет выбил оружие у Эвиона.
– Молись теперь! – крикнул он и размахнулся саблей. Эвион опешил: как?! Друг всерьёз хочет его убить?!
И в этот момент с запястья тонким проводом выскользнул вперёд талисман. Эвион в долю секунды похолодел.
– Стой! – парень в ужасе крикнул талисману, и тот замер прямо у лица Хета. Он тоже остановился, дико таращась на «любимую». – А теперь назад!
Талисман медленно втянулся на своё место.
– Мы так не договаривались… – произнёс ошеломлённо Хет, выронил саблю и тронул дрожащей рукой переносицу, куда минуту назад готов был войти талисман.
– Ну, Хет, поздравляю! Тебе удалось раздразнить нашу «любимую»! – зааплодировал ему Брен, подошёл и похлопал по плечу. – Ну и лица у вас были! Эви, молодец! Ещё пара таких тренировок, и ты будешь командовать «любимой», как хочешь! Браво!
Эвион пропустил его слова мимо ушей. Он стоял с вытянутой вперёд рукой и думал: что, если бы талисман не послушался его? Хет мог погибнуть. Его друг! Не какой-то проходимец, а уже родной человек! Нет, так дальше тренироваться нельзя. Лучше просто учиться фехтованию, но не провоцировать Айолу. И уж тем более не командовать ею. Захочет – поможет! Он не её господин, он – помощник… Только теперь Эвион вспомнил свой сон. Там как раз была душа талисмана, Айола. Такое хрупкое и нежное создание… Или всего-то проделки фантазии? «Любимая» вон как убивает направо и налево! Девушка из сна другая… Она добрая, слабая и не способная на преступление. А что, если алхимия королевы и Гави может освободить девушку от талисмана? Возможно ли оживить человека, имея лишь его душу?
И почему он не пошёл в алхимики?! Полезное занятие!
– Извините, я не могу. – Эвион убрал саблю в ножны. – Это ни к чему не приведёт. Это просто опасно для друзей. Продолжайте без меня. – и он, под огорчённые крики Брена, побежал к замку.
– Ладно, Хет, Тео, сходитесь! – Этрих ничуть не расстроился. Ему были понятны чувства Эвиона: сам Этрих когда-то чуть не убил друга. Он тогда только-только стал вампиром, молодым существом, идущем на поводу у своих инстинктов. В первое время после перерождения находиться рядом с Этрихом было опасно для жизни: жажда крови наполняла каждую клеточку его существа, управляла действиями, подчиняла ослабленную волю. Марис Аруэлла, укусившая Этриха, сделалась затворницей и убивалась от мысли, что обрекла на страдания любимого, а других вампиров мужчина не знал. Лишь один из его друзей не оставлял перерождённого. Друг носил Этриху кровь из лечебницы в первые дни после перерождения, когда вампир был крайне уязвим и неопытен. Только благодаря ему Этрих и выжил…
Эви вошёл в зал и остановился. Где ему искать королеву? Логично начать с гостиной, но опять обходить замок, точнее, те несколько коридоров, которые он знал, не хотелось.
«Сперва позвоню маме, потом, если не встречу королеву по дороге, всё же обойду замок!» – он открыл дверь своей комнаты и вошёл. Достал из кармана пальто, висевшего на стуле, мобильный и с печалью посмотрел на него.
«Может, не стоит?.. Может, я позвоню не вовремя?.. Но надо же сообщить, что я больше не калека! И Офэну надо сказать… Майе… Обрадуются! Как они обрадуются! Ладно, звоню!»
