— Это правда, — согласился Рангар. — Но нет никого, кто стал бы королевой. Королева магов? Такого не было уже сто лет. Моя тетя хочет оставить королевство в руках того, кто обладает не только политической, но и магической властью.
Брин опустилась на колени Рангара, ее голова шла кругом от перспективы в один прекрасный день стать не только королевой королевства, но и главным магом.
Королевой магов.
Если кто-то и мог объединить науку и магию, то только тот, кто занимал эту должность.
В дверь снова робко постучали.
Лада вернулась и выглядела смущенной.
— Милорд? Миледи? Баня готова, и, прошу прощения, на деревенской площади уже собирается толпа. — она откашлялась. — Они пришли к вам.
Рука Брин крепче обхватила шею Рангара.
Она позволила себе насладиться этим кратким мгновением — только они двое, еще не король и королева, просто юноша и девушка, обезумевшие от любви друг к другу.
Затем они встали и приготовились к похоронам и коронации.
Провести похороны и коронацию в один день было бы слишком сложно для большинства людей, но простые жители Берсладена были сильными, и Брин теперь относила себя к одному из них.
К утру погода прояснилась, и на бледно-голубом зимнем небе остались лишь несколько тучек. На крышах домов лежал свежий снег, но деревенская площадь была расчищена, посыпана солью и песком.
Поскольку они не ожидали, что смерть короля Алета наступит так скоро, Брин собрали на церемонию без особой подготовки. Лада втиснула ее в свое старое платье для сбора урожая и заплела волосы в замысловатые косы в стиле Барендур, которые обвивали ее голову, как медовые булочки.
На уши ей прикрепили перламутровые подвески, а на шею нацепили нитки жемчуга. Однако даже при повышенном внимании к ее внешнему виду стиль все равно оставался дикарским по сравнению с экстравагантностью Мира.
Не было ни румян на щеках и руках, ни черной подводки под ресницами, ни мерцающих шелковых нитей, тщательно вплетенных в волосы. Когда она смотрелась в зеркало, на нее дерзко смотрела девица Барендур… правда, со светлыми волосами.
Она не видела Рангара, занятого своими заботами, до самых похорон. Сердце бешено заколотилось, когда Лада провела ее через большой зал, наспех украшенный к коронации, в фойе.
Прибыв на место, Брин заметила Оливера в другом конце зала, обсуждающего с Рангаром и его советниками некоторые последние детали на свитке.
Рангар замер, увидев Брин. Его глаза беззастенчиво пробежались по ее телу от макушки до туфель, запоминая каждую деталь облика. Ей вдруг показалось, что она снова в лесу, перед ней стоит громадный волк, который хочет ее сожрать.
«Только я бы не отказалась от укуса именно этого волка».
Рангар был не только потрясающе красив, но Брин никогда не видела, чтобы он выглядел так по-королевски. Как и подобает принцу, его одежда всегда была презентабельной, но никогда изысканной.
Обычная одежда Рангара из льна и меха не могла быть более разительным контрастом по сравнению с ее братом Марсом и его тщательно продуманными элегантными костюмами. Рангар всегда прятался под плащом из медвежьей шкуры, а его темные волосы были распущены, чтобы скрыть шрамы.
Но сегодня служанки замка нарядили его в зимние серые брюки, белую рубашку и темно-синий бархатный плащ, который подчеркивал его цвет глаз. На плечах красовалась мантия из северных драгоценных камней и медвежьих когтей. Возможно, впервые в жизни кто-то убедил его завязать волосы. Шрамы Рангара были видны, да, но и черты его лица выглядели прекрасно.
«Черты лица короля, — подумал Брин. — Глаза короля, губы короля…»
Губы, которые только что ее целовали. Она покраснела, и это, похоже, побудило Рангара к нападению. Он подошел к ней и взял ее за руку, поцеловав костяшки пальцев.
— Моя королева, — сказал он низким голосом, от которого у нее сжались пальцы на ногах.
— Вы выглядите очень привлекательно, мой король, — ответила она, затаив дыхание. Душа Рангара была слишком необузданной, чтобы он мог когда-нибудь выглядеть как элегантные принцы из ее детских сказок, но в этой прекрасной одежде она не могла оторвать от него глаз.
Он хмыкнул, натягивая бархатный плащ.
— Не могу дождаться, когда сниму эту чертову штуку.
Брин боролась с желанием закатить глаза. «Как всегда дикарь».
— Милорд, — сказал Оливер. — Вас и леди Брин ждут на площади.
Рангар сжал руки Брин.
— Готова? — спросил он негромко, так, чтобы слышала только она.
— Готова, — прошептала она в ответ.
Он пристально посмотрел на нее.
— Я хочу, чтобы ты была рядом со мной во всем, Брин. Сегодня и навсегда. В этом мире и в следующем.
Брин кивнула, не отрывая от него взгляда.
— И в этом мире, и в следующем. С тобой, всегда.
Когда Рангар вывел ее на площадь перед собравшейся толпой, сердце у нее подскочило к горлу. Солдаты вывели Легенду и Сказку из конюшни, их гривы были заплетены, а тела разрисованы магическими символами. Оливер помог Брин сесть на Сказку.
