Горин с сыном установили палатки, набрали сухостоя и развели костер. Здесь уже можно было не бояться, что дым заметят. Да и погода благоприятствовала ранними сумерками. Путешественники доели остатки продуктов, выпили горячего чаю и кое-как подсушившись у костра разбрелись спать. Алексей не мог позволить себе такой роскоши. Он чувствовал на себе ответственность за доверившихся ему людей, поэтому остался дежурить у костра изредка подбрасывая в него сухие ветки.
Окружающая обстановка и сложившаяся опасная ситуация вернули его мысли на много-много лет назад, во времена второй чеченской войны, когда он служил в армии вместе с Серегой, бывшим мужем Светы, ныне покойным. Воспоминания снова вернули его к тому случаю, о котором он так долго и безуспешно пытался забыть и который чуть не разрушил их дружбу.
В тот день они попали в засаду. Боевикам легко удалось разбить их отряд на две группы и оттеснить большую его часть вниз по склону горы. Горин, Сергей и еще несколько бойцов попали в окружение. Боеприпасы у них стремительно заканчивались.
Боевики плотным огнем обложили сопротивляющуюся горстку бойцов, не давая им поднять головы. Дожидались, когда у них закончатся патроны. Хотели взять в плен. Через пол часа боя в живых остались только Горин, который, как ни странно, не получил ни единой царапины во время боя, и Сергей, с перебитыми автоматной очередью ногами. Боеприпасов больше не осталось. Где-то внизу вели свой неравный бой остатки отряда и помощи от них ждать не приходилось.
— Я им живым не дамся, — прохрипел Серега, сжимая в руках последнюю гранату с выдернутой чекой, — пусть только подойдут по ближе.
Сразу с нескольких сторон слышался смех и говор на незнакомом языке. Боевики были уверены в себе и не спеша замыкали кольцо.
Во рту у Горина пересохло. На глаза упала пелена. Алексей всем своим существом старался слиться с землей, впитаться в нее дождевой водой. Он до боли в костяшках пальцев сжал свое последнее оружие — штык-нож. Давление в висках достигло предела, и Горин потерял сознание. Так он по крайней мере думал. На самом деле все было совсем не так, как потом рассказывал единственный живой свидетель.
Когда Алексей через некоторое время пришел в себе то был в ужасе от увиденного. Во-первых, он сам был весь в крови с ног до головы. Горин поспешно ощупал себя боясь обнаружить какие-нибудь ужасные раны или того хуже отсутствие частей тела, но кроме сколотых двух передних зубов повреждений у себя он не обнаружил. Во-вторых, повсюду вокруг него были раскиданы человеческие останки со свежей еще не запекшейся кровью. Судя по всему, здесь полегло не меньше шести человек. Точно сказать было сложно из-за достаточно большой площади на которой были разбросаны части тел и их количества.
Для постороннего наблюдателя картина складывалась такой, будто в группу людей попал снаряд, который разметал их по кускам в разные стороны. Однако воронки от такого попадания поблизости не было, а вот Серега поблизости был. Его глаза выражали крайнюю степень ужаса, но не от того, что он все еще в ожидании гибели продолжал держать гранату, которую мог взорвать в любой момент, а от того, что он видел, как погибли все эти люди.
Вдруг звуки боя постепенно стали приближаться к двум окруженным бойцам. К нашим солдатам, которых оттеснили боевики, подоспело подкрепление и нападавшие поспешно отступали, прихватив с собой раненых. Стремясь быстрее уйти от погони они, не заметив двух одиноких безоружных бойцов, ушли в горы. Но Сергей до самого прихода помощи не вставлял чеку обратно в гранату.
Горин попытался приблизиться к нему, чтобы наложить жгут и сделать перевязку, но ничего не получилось. Его закадычный друг выставил вперед руку с гранатой и в ужасе закричал, что если тот подойдет к нему хоть на шаг, то он взорвет их обоих. Решив, что у Сергея умопомешательство на почве контузии, Алексей оставил его в покое. Он отполз в сторону и лег под кустом в ожидании своих.
После этого боя обоих солдат отправили в госпиталь. Сергея в хирургическое отделение с травмами ног, а Горина в психиатрическое. Сергей, который был свидетелем произошедшего, рассказал, что случилось на горе. По его словам, именно Горин убил всех тех боевиков, которые хотели взять их живыми и сделал это только с помощью одного ножа. «Он метался как молния, вгрызаясь им в глотки и разрывая на куски», — рассказывал он врачам.
Более полугода оба друга провели в различных госпиталях прежде чем их комиссовали из армии по состоянию здоровья. У Сергея началось заражение крови и ему чудом удалось спасти ноги, а Алексея перевели в военное медицинское учреждение, специализирующееся на психических расстройствах. Там с ним работал светило отечественной психиатрии того времени — профессор Васильев, заинтересовавшийся таким необычным случаем.
