Как галереи научных изображений соотносятся с традиционными атласами? Возможно, что их объединяет одна общая цель – представление верного отображения, но верное отображение, в свою очередь, распадается на две составляющие. С одной стороны, есть прежние атласы, стремящиеся посредством
Появление на сцене образа-как-инструмента неотделимо от создания нового типа научной самости – гибридной фигуры, очень часто решающей научные задачи, но имеющей отношение к работе, в значительной степени состоящей из инженерии, промышленного применения и даже художественно-эстетических устремлений. Разумеется, это не отменяет изготовления выпрямителей и переключаемых углеродных нанотрубок. Но необходимо всегда задаваться вопросом, надежно ли это устройство, хорошо ли оно отлажено, годится ли оно для массового производства? Можно ли его представить широкой аудитории, не имеющей отношения к специализированным исследованиям? Исследователям в широком смысле этого слова? Общественности?
Можно попытаться зафиксировать взаимно связанные аспекты научной самости, образа, практики и онтологии, аналогично тому, как мы схематизировали более ранние стадии в схеме, представленной в начале этой главы. Образы честно и откровенно отказались от последних претензий на то, чтобы быть разновидностью «видения» в классическом смысле – четвероглазый взгляд истины-по-природе, слепой взгляд механической объективности и физиогномический взгляд тренированного суждения уступили место чему-то более манипулируемому, более похожему на ощупывающий взгляд. Симуляции, искусственный цвет, изменение масштаба, виртуальная нарезка – во всех этих и других практиках образ больше не рассматривается как копия. Изменились и процедуры. Вмешательство наноученого ничем не похоже на вмешательство гётевского идеализатора. Нанообраз никоим образом не претендует на то, чтобы отыскать за пеленой видимости подлинную реальность. Но в то же время нанообраз не просто изменяется «тренированным экспертом», уверенным в своей исключительной способности извлекать реальное из произведенного машиной артефакта. Роберт Ховард, Вацлав Бумба и Сара Ф. Смит могли устранить механические артефакты со своих магнитограмм солнца. Шварц и Голтеймер отображали патологии таким образом, чтобы они стали различимы для новичков. Но никто из них не изменял намеренно и сознательно угол зрения, цвет или масштаб изображения, чтобы сделать образ более привлекательным с художественной точки зрения. В продолжение нашей первой схемы, в которой характеризуется репрезентационное, презентационное можно схематизировать следующим образом:
Нанотехнологии – это манипуляция совершенно другого типа – вмешательство ученого в образ, результатом чего становится создание вещей, их нарезание, перемещение, сочетание, соединение или введение в эксплуатацию. В некотором отношении наиболее глубокая перемена произошла на уровне научной самости – или, как теперь следует говорить, инженерно-научной самости. Ученый и инженер, являвшиеся по меньшей мере в этом гибридном поле отчетливо отличающимися друг от друга характерами, начали разнообразными способами утрачивать эту разницу. Традиционно, ученый должен был бы сторониться создания устройств как самоцели. Физик может собирать аппаратуру, но ее ценность заключается в том, что она позволяет узнать – о галактике, о сверхпроводнике, об элементарной частице. Инженер, в свою очередь, искал более эффективные, мощные и гибкие инструменты.
Однако, когда инженерно-научная самость начинает стабилизироваться, это происходит одновременно с выработкой нового отношения к образам. Они становятся инструментами, частью аппаратуры, напоминающими скорее экран компьютера, который показывает работу удаленно контролируемой роботизированной манипуляции в дистанционной хирургии, изменение траектории спутника в космосе, смешивание токсичных химикатов или обезвреживание бомбы.
Вполне возможно, что наша схема не способна охватить все производство изображений в начале XXI века или даже все коллекции изображений, выстроенные по типу атласа. Но вполне вероятно, что в образе-как-инструменте оказывается возможным распознать новую форму коллекций изображений, которая на сей раз отбросила идеал точности воспроизведения ради права на производство.
