— Ты была сейчас не со мной, — заметил его милость, снисходительно улыбаясь, и вновь перешел на шепот. — Анна, наш бургомистр будет на приеме не один, а с супругой, госпожой Корой, — продолжил наставлять меня Карре. — Женщиной нравственной и придерживающейся строгих моральных устоев. Будет следить за мужем, и, не дай боги, тот в открытую начнет пускать слюни на очаровательных гостий, — наш план провалится. Действуй осторожно.
— Проблема, — протянула раздосадованно. — Вот если бы кто-то её отвлек, мне всего-то нужно его вывести… А кстати, куда именно?
— В здании имеется маленькая картинная галерея.
— Намек понятен: дама пожелает посмотреть полотна известных мастеров.
— Я все время буду рядом. Достаточно намека на посягательство на честь титулованной особы с незапятнанной репутацией. И как следствие — скандал, огромный штраф, месяц тюрьмы и… пшел вон с теплого места! Таков закон этой страны. — Лео замолчал, а потом, покосившись на брата, вздохнул обреченно: — Рихард мне голову оторвет.
— С чего бы это? — возмутилась я вполголоса.
На меня посмотрели, как на глупое дитя, не понимающее очевидных вещей.
«Неужели? Он это серьезно? Рихард ко мне… Ой!..» — трепыхнулось глупое сердечко.
— Не поняла… — растерянно произнесла я, глядя, как мужчина запихивает свое грузное тело в ожидающую его коляску.
Оскорбилась не то слово! Не заметить такую кралю! Я битый час под палящим полуденным солнцем топтала тротуар перед белым зданием со шпилем в ожидании субъекта, а он… Раскрасневшийся, пышущий негодованием, вылетел пробкой из здания городского управления и, не обратив никакого внимания на эффектную дамочку, стоящую в двух шагах от входа, тут же погрузился в свой транспорт. Его сиятельство перестарался, видать, с «отеческим» ай-ай-ай, рассматривая многочисленные жалобы и прошения — а вот почаще нужно навещать свою «паству»! — и доведя городского главу до критического раздражения.
Стоило его повозке тронуться с места, заторопилась, засуетилась и, вспомнив обычную практику подзыва дрожек на Руси, вскинула руку, зычно крикнув во весь голос:
— Извозчик!
Разозлиться на нерасторопность «водителей кобыл», стоящих неподалеку, толком не дали — передо мной как из-под земли появился экипаж.
— Быстрее, Анна! — крикнул Карре, протягивая мне руку в черной перчатке.
— Не могу быстрее, у меня юбка! — посетовала, приноравливаясь к ступеньке.
Парнишка-кучер обернулся и, сверкнув глазами, тихо присвистнул, оценив мой наряд: шляпку с густой ажурной вуалью, дорогой костюм, такого же качества перчатки и зонтик в тон.
Меня ухватили за запястье и дернули так, что я ласточкой влетела внутрь.
— Трогай! — Лео вознице.
— Потеряем. Поживее, миленький, не упусти! — Я с мольбою к нему же.
— От меня не уйдет! — гоготнул весельчак на козлах. — Держитесь!
Нас откинуло на спинку сиденья.
— Гад такой, уехал! — негодовала я, расправляя юбку. — Даже не взглянул в мою сторону!
— Я предлагал шляпку поярче, — заметил милорд.
— Да куда уж ярче? И так как стяг революции маячила посреди улицы, не захочешь — увидишь.
— Вот ты мне потом расскажешь, что такое «революция» и «стяг», а пока поведай, каков следующий шаг.
— Догоним сначала.
Наш возница «припарковался» недалеко от строения, больше похожего на скучную административную коробку.
— Что это за дом? — спросила у спутника, проводив взглядом градоначальника, скрывшегося за дверями невзрачного двухэтажного здания песочного цвета, но с вычурной вывеской «Кроличья лапка».
— Бордель. Очень дорогой, — ответил виконт.
— Ну, здорово! Мы за ним гнались через весь город, а он к лапкам приехал!
— Да еще и среди бела дня! — поддакнул его милость, приуныв за компанию. — Пошел настроение поднимать. Хорошо кузен им там всем всыпал.
— Тогда возвращаемся? — Вздохнула. — Будем готовиться к балу.
— Плохая затея, девонька, ой плохая. — Баронесса была вся в сомнениях. Я переглянулась с Леонардом. У нас закончились аргументы. — Пусть Ковен решает, что делать с Бушаром.
Время близилось к вечеру, а мы все никак не могли прийти к соглашению относительно авантюрного предприятия на тусовке местных олигархов в честь визита большого босса.
— Ну и какое наказание ему светит без доказательства вины и при отсутствии улик? Опять же свидетелей нет.
— Мне поверят, — сказала знахарка, но без особой уверенности. — Верховной я уже послала письмо. Соберется через месяц совет старейшин. Вынесут спорные дела на рассмотрение представителя королевского прокурора в герцогстве.
— Месяц? — ахнула я.
— Жрать! — гаркнул Перри из новой клетки.
— Замолчи, не до тебя! — Отмахнулась от пернатого. Надулся, отвернулся.
— И еще месяц или два у крючкотворцев на заметке. Если не потеряется, — вставил свое слово Карре.
