Летом в Васюкине сказочно: лес, речка, ягоды, овощи со своего огорода. К бабушкам привозят внуков, и начинается бурная жизнь. В конце августа дети уезжают, четыре улочки погружаются в сон. Осенью и ранней весной местные старики не могут добраться до Самойлова. Короткая дорога через лес раскисает, по грязи, в которой вязнут ноги, на велосипеде не проехать. А пешком по шоссе далеко. Правда, есть гужевой транспорт у деда Корнея: лошадь, телега и сани. Корней спокойно катается в баньку, но бесплатно соседей не возит, жадному деду надо заплатить. Когда местные старушки, которым хочется купить карамелек или баранок к чаю, начинают просить:
— Корнеюшка, ты все равно в городок на лошадке едешь, окажи милость, привези нам сладенького, — старик делает характерное движение пальцами:
— Гоните проездные, кобылка за так не бегает, ее кормить надо.
— Окстись, дед, — сердятся бабушки, — откуда у нас лишние деньги, сам знаешь, какие пенсии получаем.
— Нет денег, нет карамелек, — меланхолично говорит Корней.
Сейчас на дворе октябрь, мороз пока не ударил, Васюкино окружает море грязи.
Елизавета приехала в населенный пункт в семь утра. Бабушка Трифоновой живет в селе, моя новая сотрудница прекрасно знает, когда лучше прикатить в деревню, чтобы спокойно побеседовать.
Лиза вошла в первую избу, показала хозяйке удостоверение, стала расспрашивать про Ливровых. И тут Анна Ивановна, владелица дома, спросила:
— Твоя, доченька, машина у забора стоит?
— Да, — подтвердила Трифонова.
— Красивая, — восхитилась старушка, — большая! Сколько ж таких, как я, в ней поместится?
— Вы худенькая, — улыбнулась Лиза, — сзади четверо утрамбуются, одна впереди.
— И как долго иномарке пять километров по шоссе рулить? — вкрадчиво продолжала Анна Ивановна. — О-хо-хо! Ни хлеба заводского дома, ни печенья, ни конфеток. Газет нет! Журнал по вязанию еще в сентябре вышел, а у меня его нет.
Елизавета правильно поняла старуху и предложила:
— С удовольствием отвезу вас куда надо.
— Вот удача, вот радость, — засуетилась Анна Ивановна. — Можно подружек прихватить? В бане сто лет не парились, как засентябрило, в тазах моемся!
В час дня пять румяных старушек в белых платочках пили чай у Анны Ивановны. Одна из них, Елена Петровна, оказалась тучной, она ехала впереди, остальные отлично разместились сзади. Лиза купила пассажиркам в подарок торт, зефир, конфеты, колбасу-сыр, и они, полные благодарности к доброй девушке, которая, в отличие от сквалыги Корнея, ни копейки у них не попросила, да еще выставила угощенье, вывалили все, что знали о Ливровых.
Григорий Петрович родился в Васюкине, а Регину Львовну он привез из другого городка, и ее бабули до сих пор считают чужой, не парой Грише. Кузнецов имел репутацию идеального семьянина. То, что у него двое внебрачных детей, никто и понятия не имел. Местный люд принялся судачить, когда появилась Екатерина. У местных кумушек вопросов, почему вдова взяла сироту, не возникло. Государство платит тому, кто заботится о ребенке без родителей, пенсию, да еще дает разные льготы. Васюкинцы решили, что Регина поселила у себя Катю из корыстных соображений, но не осудили ее. Она вдова, на руках подросток, ясное дело, деньги нужны.
— Неладно выходить замуж за того, кто тебя старше, — сплетничали одни бабы, — помрет и оставит тебя с голодным ртом.
— И молодой помереть может, — парировали другие, — схватит «белочку», и прощай.
Не успели васюкинцы обсудить появление Кати, как Регина привезла Рианатану. Вот тут народ обомлел. Диковинное имя удивляло, а то, как Риа похожа на Аню, изумляло до глубины души.
Население мучилось вопросами. Откуда школьница? Где Регина ее взяла? Почему девочка и родная дочь выглядят близнецами?
Первой мук любопытства не выдержала Валентина Сергеевна Титова, она пришла к соседке и напрямую поинтересовалась:
— Риа тебе кто?
Регина смутилась, но ответила честно:
— Она дочь Григория от любовницы.
Валентина понесла весть подружкам. И бабы, посовещавшись, решили: Ливрова нагло врет. Все видели, какой замечательный муж Григорий Петрович, не пил, каждую копейку в дом нес, его супруга и дочь постоянно ходили в обновках. А вот Регина могла устроить мужу головомойку, она часто на него кричала. Нет, Риа не от Гриши, ее родила неверная жена. Регина изменила мужу, тайком сдала девчонку в приют, а сейчас, когда супруг ушел на тот свет, прелюбодейка вернула в семью плод левой любви.
И все поверили придуманной истории. Людей не смутило, что Аня и Рианатана появились на свет почти одновременно, с разницей всего в несколько дней. Все до единого считали Регину шлюхой, улыбались, увидев ее в местном магазине, но стоило ей покинуть лавку, покупательницы вместе с продавцами начинали возмущаться:
— Совести у нее нет! Гриша в гробу переворачивается, он так жену любил!
Защищала Регину одна Настя Ковалева, она, услышав очередную порцию сплетен, сердилась:
— Эй! Включите мозги! Девчонки-то ровесницы!
Но Настю никто не слушал. Конечно, Ковалева на стороне распутницы, у Анастасии у самой двое мальчишек не пойми от кого! Она и Регина одного поля ягоды.
