Оберегая Коннора полностью

- Я говорил с отцом о первом возвышении Темного Лорда. Бедный папа очутился под заклятьем Imperius почти сразу, как Темный Лорд обрел власть. Тот прекрасно понимал, что такой волшебник, как Малфой, не сможет остаться в нейтралитете, и решил, что порабощение с помощью проклятья лучше, чем убийство. В то время как раз умер дедушка Абрахас, отец был растерян и только начинал искать свое место в мире. Я думаю, что так все и было. Он служил Темному Лорду только потому, что не мог устоять против проклятия, а когда смог сбросить его и вырвался на свободу, то сразу дал в Министерстве показания, которые помогли осудить других Пожирателей Смерти.

Гарри долго смотрел на Драко. А Драко смотрел на него, уверенный, сияющий, счастливый. Невинный, почти так же, как Коннор, - подумал Гарри. И эта мысль уже начинала его утомлять.

Он мог солгать Драко, придумать любую другую причину, по которой он не может приехать в Мэнор, например, что Коннор никогда не захочет праздновать Рождество без него. Но он не хотел лгать. Позорно это было или нет, но постепенно Гарри привыкал к честности с Драко и Снейпом. Они не позволили бы ему лгать им, так почему он должен делать это? Даже в такие трудные моменты?

И Драко был неправильным. Он плохо разбирался в людях и закрывал глаза на недостатки своих близких. Драко отрицал очевидные вещи и мог стать причиной многих бед без всякого злого умысла, в силу своей доверчивости и наивности. И эта его неправильность однажды могла бы подвергнуть опасности жизнь Коннора. Или в силу своего невежества он мог стать угрозой для самого Гарри, а он должен защищать ценой своей жизни брата, чтобы быть ему опорой в приближающейся войне.

- Драко, - спокойно произнес он, - моя мать рассказывала мне о первой войне с Волдемортом.

Драко вздрогнул и стремглав отсел от него подальше на кровати. Гарри не остановился. Драко хотел чистосердечного и серьезного объяснения. Что ж, он получит и то, и другое.

- Я знаю, что Волдеморт не гнушался использовать Imperius, но на самом деле под проклятьем были только некоторые и не Пожиратели. Он не применял это проклятье к тем, кто верил в его идеалы и охотно следовал за ним.

Гарри сделал паузу, чтобы Драко осмыслил то, что он сказал. Драко моргнул, озадаченный, а затем побледнел.

-Мой отец не добровольный Пожиратель Смерти, - сказал он. - И никогда им не был.

- Он учил тебя ненавидеть маглорожденных, Драко, - ответил Гарри. - Произнести «грязнокровка» тебе проще, чем сказать «извините».

- Малфой никогда не должен извиняться, - сказал Драко, но его попытка смягчить тон разговора вышла совершенно плоской, и они оба это знали. Драко покачал головой. - Ты не прав, Гарри. Просто не можешь быть прав.

- Почему же? - спросил Гарри и услышал, как его голос стал глубже и совершенно ровным. - Только потому, что ты хочешь, чтобы я оказался неправ? Потому что ты не хочешь верить мне? Я думал, что Малфой, по крайней мере, не должен прятаться от действительности.

- Нет, - прошептал Драко.

Гарри показал ему три пальца на руке.

- Может быть, были и другие, но мне известны эти три случая, - сказал он. - Моя мать рассказала мне, что Люциус Малфой помог убить братьев Прюэтт. Они были братьями Молли Уизли, мамы Рона. Ты знал об этом?

-Нет, - прошептал Драко.

Гарри подозревал, что Драко отрицал и само знание, и то, что говорил ему Гарри в данный момент. Но это не имело значения. Он загнул один палец. Осталось два.

- Он был ответственен за нападение на семью маглорожденных, - продолжил Гарри. - Родители магглы, которые сопровождали троих детей-волшебников в Хогвартс. Семья Наскенсов. Они были замучены до смерти. В этом участвовала также Беллатрикс Лестрейндж, но были признаки стиля и почерка Люциуса Малфоя.

- У моего отца нет собственного стиля пыток, - сказал Драко очень тихим голосом. - Возьми эти слова обратно.

Гарри загнул второй палец.

- А еще была семья Боунс, - сказал он очень спокойно, - Эдгар Боунс, его жена и дети. Один ребенок был совсем крошечным, Драко. Он был еще младше, чем были я и Коннор, когда Волдеморт напал на нас. И Люциус… Он просто убил их всех, потому что не был уверен, что выстоит один на один против Эдгара на дуэли. А Эдгар Боунс был дядей Сьюзен Боунс. Она сейчас учится вместе с нами в Хогвартсе, наверное, скучая по своему дяде и кузенам. О, и по бабушке с дедушкой тоже, потому что…

- ЗАТКНИСЬ! - закричал Драко.

Гарри загнул последний палец и, сидя, наблюдал за Драко. Тот тяжело дышал, щеки его покраснели, а волосы растрепались вокруг лица. Он сделал вдох, в котором послышалось задушенное рыдание, которому не дано было пролиться даже единой слезой.

- Он мой отец, - сказал Драко. - Он мой отец. Я люблю его. Он бы никогда не сделал ничего подобного. Или он рассказал бы мне о том, что сделал.

Гарри склонился к нему ближе.