Его величество обошел своё поверженное кресло и приблизился к Ричарду. Жестом предложил ему присесть на диван и уселся рядом.
— Почему такой вывод?
— Она привыкла к свободе. Взять её в стены академии против её воли, значит сделать её нашим врагом. А если она сама придет, то мы станем друзьями, пришедшими на помощь. Добрая воля лучше принуждения в этом случае.
— А как же Сэмюэль? Он не оставляет надежды её отыскать.
— Пускай. У него будет дополнительный стимул стремиться стать самым лучшим студентом и воином, чтобы отправиться самостоятельно на поиски в лес. Мы скажем ему, что она жива и что должна явиться в академию. Пусть учится и ждёт. Насколько я знаю он не собирался в академию пока её не отыщет, вот и будет причина прийти в неё через четыре года, а не позже. Ждать там, будет более логично для него, пока он не закончит обучение.
— Почему ты так уверен, что она придет?
— Если нет, то мы сделаем в лесу условия невыносимыми на время, чтобы ей некуда было деваться.
— И как?
— Есть у меня одна идейка, с вашего разрешения разумеется…
Два мужчины ещё долго что-то обсуждали, закончив далеко за полночь и выпив не одну бутылку. Впрочем, разошлись они вполне довольными результатом, хоть и болела голова наутро у обоих.
Прошло пять лет. Ри стояла на пригорке и смотрела на возвышающиеся невдалеке шпили академии.
— Ну что-ж, академия Аластор, похоже я пришла учиться…
Лэро Кемаль Хаити маялся в приёмной короля вот уже два часа. Он уже изучил все гобелены и обивку кресел. Намотал, наверное с десяток кругов неспешным шагом по кругу приёмной и уже прилично проголодался, когда его наконец пригласили на аудиенцию.
— Лэро Кемаль Хаити, прошу…
Секретарь открыл резную дверь в кабинет короля и приглашающим жестом указал внутрь. Кемаль вошёл не без внутреннего волнения. Ещё бы, вот уже пять лет он морочится с заданием по раскрытию заговора, и сегодня впервые практически нечего докладывать. За это время король назначил его инспектором, а своим помощником Кемаль сделал Эдгора Миеко, того самого подающего надежды следопыта, что разобрался с эльфийскими следами в лесу.
— Ваше Величество… — он поклонился и дождавшись разрешения продолжать, коротко доложил.
— Я прошу прощения, Ваше Величество, но новостей нет. Все заговорщики затаились и нет никакой возможности продолжать их поиск.
— Лэро Кемаль, объяснитесь.
— Я по десятку раз допросил всех арестованных по этому делу. Некоторые не выдержали пыт…, эээ, допроса и умерли. Но даже несмотря на это, мне стало понятно, никто из них не знает, кто был вторым главным заговорщиком. Он действовал всегда через Маркуса или доверенных лиц. Он не действует больше с момента гибели сообщника. Более того мы обнаружили факты которые нас здорово запутали. По нашим сведениям Маркус появлялся в двух местах одновременно и понять, как это происходило у нас не получается. Каждый, кого мы допрашивали уверен, что это был он. У нас просто больше нет никаких зацепок, Ваше Величество.
Король нервно постукивал носком дорогущего сапога по ножке стола.
— Вы знаете, что мой сын в прошлом году поступил в академию. Первый год он был там под защитой, как и все первокурсники. Им запрещено покидать территорию академии как вы знаете. Но в этом году у него будет право на выход из неё. И вы мне предлагаете оставить своего сына разгуливать, когда мы не поймали заговорщика, желающего ему смерти? Вы представляете насколько хорошо можно было подготовится к этому за пять лет?
На последнем предложении король сорвался на крик.
Кемаль втянул голову в плечи, но он ничего не мог с этим поделать. Недовольство короля можно понять, но как ловить того, кто не оставил следов.
— Я виноват, Ваше Величество…
— Да, нет! — психанул король, и сразу успокоился, — Ты не виноват. Но и оставить как есть, нельзя. Продолжай поиски, делай всё что хочешь! Заговорщик должен бояться высунуть нос. Поставь шпионов возле академии, пусть никто не знает, но следи за принцем каждый раз как он выходит из академии. Если с ним что-то случится я с тебя шкуру сниму. Понятно?
— Да, Ваше Величество.
— Свободен…
Кемаль выскочил из приёмной вытирая со лба холодный пот. Лучше бы женился на той шлюхе Офелии, чем разгребал теперь это дело, там хоть приятно было бы местами. Тьфу.
Упомянутая Офелия к слову вообще не покаялась в содеянном. Король дал ей на выбор троих высокородных женихов, из провинившихся перед ним, и она сделала выбор о котором не пожалела. Она все также вертелась в высшем свете и спала со всеми подряд, как и раньше, выбешивая этим своего мужа и заодно Кемаля, но уже просто своим присутствием. Но ни тот, ни другой не имели возможности как-то на это повлиять, ибо постельные таланты Офелии высоко ценились многими придворными имеющими власть. А Рашхарту было всё равно, с кем и кто развлекается, если это не ведет к жалобам. А бедняга-муж Офелии не смел жаловаться, боясь гнева короля.