По моим представлениям, деревня — это довольно унылое место. А люди там жить умудряются. Мои стереотипные измышления подкреплены парой поездок на дачу к друзьям. Вроде не так далеко от города, а ощущение, что приехал в глухомань: делать нечего, удобств никаких, воняет курами. До речки три дня лесом, три дня полем, магазин работает два раза в неделю… Продолжать можно до бесконечности.
Сказать, что я была приятно удивлена Волховницей, значит, не сказать ничего.
Нас встретили аккуратные одноэтажные домики из бурого кирпича, покрытые одинаковой коричневой черепицей. Несмотря на схожесть, их нельзя спутать между собой. У каждого есть свой отличительный знак, будь то роскошный куст или деревянная скамейка. Все дорожки были заасфальтированными, но достаточно узкими, явно не рассчитанными на автомобили. Но, по-видимому, ими здесь и не пользовались — нет необходимости. Зато везде можно проехать на велосипедах.
Мы ехали в сторону местной ратуши, самого высокого здания в Волховнице. Её украшала остроконечная башенка с часами.
Ближе к центру жилые дома начали жаться друг к другу плотней. Если бы крыши не были такими покатыми, можно было бы без проблем переходить по ним с дома на дом, даже прыгать нигде не надо.
Красивая деревня, я бы в такой пожила.
На почте мы не пробыли и пяти минут. Нам практически сразу вынесли небольшой свёрток с подарком для Элеоноры. К счастью, Маришка заказала его заранее, типа от нас двоих. А в магазине я немного растерялась, там не было ни одного продавца. Похоже, здесь полное самообслуживание. Моих спутников это не смутило, их волновали более серьёзные вещи: сколько взять конфет и с каким вкусом выбрать чипсы для вечерних посиделок. День рождения пока никто не отменял.
Расплатившись с помощью устройства, похожего на терминал, мы вышли на улицу. В затянутом белой пеленой небе раздавались раскаты грома. Я поёжилась, но на этот раз не из-за боязни грозы. Мы уже разобрались со всеми делами, кроме одного, самого важного. Вчера в голове товарища Романовски родилась поистине чудовищная затея.
— Если боитесь, можете не ходить, — предложил Рас. — Тем более, скоро гроза может начаться. В конце Главной улицы есть Портальный дом, через него сразу в наш Портальный зал перейдёте. А велики можете там на стоянке оставить.
— Мы не можем отпустить тебя одного, — возразила Маришка, давая нам по конфете, — это не прогулка в полночном лесу. Поверить не могу, что ты всё ещё настроен залезть в логово зверя.
Рас как бы невзначай огляделся. Не хватало, чтобы нас в такой момент кто-то подслушал.
— Во-первых, не стоит его так демонизировать, Бартос всего лишь препод. Во-вторых, я буду предельно осторожен.
Ага, препод-волшебник.
Сейчас мне его идея нравилась ещё меньше, чем вчера. После всех событий, Бартос среди студентов считался подозреваемым номер один, и это мы никому не рассказали про то, что ему хватило жестокости превратить человека в камень и бросить на произвол судьбы. Рас теперь вознамерился найти какой-нибудь компромат на коварного преподавателя, чтобы вывести его на чистую воду и вернуть в Академию прежнюю спокойную жизнь. И для этого он решил проникнуть в его дом. Вот уж действительно безумие!
Маришка развернула треугольную конфетку и положила себе в рот. Я последовала её примеру. Конфета, как назло, оказалась вкусной, с цельным орешком внутри.
— Втихаря я всё равно не полезу, это уголовщина, — Рас, верно, подумал, что нас это утешит. Я решила прояснить план действий:
— То есть, ты будешь действовать внаглую? В гости напросишься?
— А почему бы и нет, — я с трудом расслышала Раса из-за нового небесного грохота.
— Оля, ты можешь возвращаться, мы вдвоём управимся, — Маришка бросила на меня строгий взгляд. — В прошлый раз мы пол-леса облетели, чтобы тебя отыскать.
Преувеличивает, конечно, но в чём-то она права. Не хочется снова стать обузой. Но и оставаться в стороне не дело. На этот раз я никого не подведу.
— Я с вами, — хотелось верить, что мой голос прозвучал достаточно твёрдо. — Нам с Маришкой вдвоём будет легче отвлекать Бартоса, пока ты там шаришься.
Рас уже оседлал свой велосипед.
— Смело, — похвалил он, — но учти, когда мы позвоним ему в дверь, отступать будет поздно.
Зато не поздно будет убежать, мы с сестрой в детстве так делали. Правда, вряд ли у нас это получится, если нам вдогонку бросят какое-нибудь окаменяющее заклятье. Однако вслух я сказала другое:
— Мне после вчерашней тренировки ничего не страшно.
— Молодец, несколько Образов попробовала, — в который раз подбодрила меня Маришка. — И нами крутила, как хотела.
А я в глубине души этим гордилась. Додумалась же поставить им условие, чтобы всё было по-моему. И Образы сама выбрала, и маленького Раса удалось потискать. Правда, было очень странное и неловкое ощущение, когда Маришка меня омолодила прямо во время этих обнимашек.
— Вы бы на моём месте поступили точно также. Если уж превращаться, так во что-то хорошее, а не в крыс.
