С наступлением ночи на землю приходит тайна и неопределенность. В темных лабиринтах городских улиц, на просторах немых полей и в безмолвных лесах человека может подстерегать страшная опасность. И тогда кажется, ничто уже не сможет спасти от злого рока, отвести беду. Но существует могучая светлая сила, способная защитить от темного и непостижимого Зла!
Обернись и стань собой.
Мало кто задумывается о том, что жизнь абсолютно таинственная и непредсказуемая штука. А ведь часто, казалось бы, без всякой причины происходят совершенно неожиданные и необыкновенные события. Иногда, человека с самого рождения судьба кидает из крайности в крайность, от границы одной вероятности к другой. Но чаще всего, ему приходится долгие годы идти по проторенному, стандартному пути, предопределенному различными социальными и природными факторами, пока в его жизни не произойдет что-то экстраординарное, не укладывающееся в рамки его понимания, способное перевернуть его мир с ног на голову. Кому-то это нравиться, кому-то нет. Но речь не об этом, а о том, что никогда нельзя с уверенностью говорить: «Я такой же, как все», или «Со мной никогда ничего необыкновенного не произойдет». Тайны окружают нас со всех сторон и очень часто кроются внутри нас самих, и когда они проявятся никому не известно. Но то, что это может случиться каждую минуту –несомненно.
Веселый, озорной, Макс с раннего детства был самым обычным московским мальчишкой. Сероглазый, русоволосый, крепкого телосложения. Так же как и другие ровесники, он играл в солдатики и гонял мяч во дворе. Характер и индивидуальность Максима стали особенно ярко проявляться в школе. Максим никогда не стремился быть лидером, но и ненавидел подчиняться, кому бы то ни было. Он всегда старался принимать решение сам, если надо упрямо отстаивал собственную точку зрения, был отважен и уверен в себе. Все приятели Макса относились к нему одинаково, его уважали, но не считали членом команды, что впрочем, Максима совсем не огорчало. Он всегда был сам по себе. А выражалось это в нежелании участвовать в жизни класса и всяческом уклонении от выполнения каких-либо общественных поручений.
Учебу Макс воспринимал как необходимость, а общественные мероприятия и поручения считал ненужной ерундой. Настоящих друзей у него не было. Возможно, он еще не встретил близких по духу людей. Никогда никому не навязывал своего мнения и свои взгляды на что-либо. К людям, в общем, Макс относился хорошо. Он всегда готов был помочь любому, кто нуждался в помощи, но никогда, ни с кем не сближался. Инстинктивно держал жесткую дистанцию.
Когда Макс учился в восьмом классе, в секцию самбо, где он занимался, зачем-то потребовалась характеристика из школы. На первый взгляд она была положительной. Но вместе с тем, там были и такие строки «является спутником класса» и «высокомерен со своими товарищами и преподавателями». Максим был не согласен с подобными заявлениями. Он вовсе не был высокомерным, просто никогда не позволял себя унижать или оскорблять, тем более, незаслуженно. Он был вспыльчив, но первый никогда не шел на конфликт. Некоторым ребятам независимый характер Максима не нравился и они своими методами пытались, как им казалось, поставить его на место. Но скоро все попытки зацепить его прекратились. Если на него нападали, у него, как говорят, «сносило крышу» и он неожиданно становился свирепым и непредсказуемым. От больших неприятностей Макса спасала отходчивость. Как только от него отставали, или он одерживал хотя бы условную победу, Максим тут же успокаивался и вел себя как обычно –спокойно, сдержано, с достоинством.
С девчонками отношения складывались, так же, достаточно сложно. Максиму они, конечно, нравились, он тянулся к ним и даже часто влюблялся. И сам нравился прекрасному полу, так как был симпатичным и не глупым парнем. Но, как правило, длительных отношений с девушками не получалось. Слишком быстро Макс разочаровывался в предмете своего обожания. Ему самому это не нравилось. Он мечтал о постоянной девушке. Макс пытался оправдать себя тем, что, так же как и настоящих друзей, пока еще не встретил ту самую –одну единственную, и не отчаивался. Он был еще слишком молод.
