В ванной я распахнула дверцу бельевого шкафа, игнорируя след крови, который я оставила на ручке. Мой взгляд бешено рассматривал содержимое, разыскивая огромный контейнер с лекарствами. Где же он? Где он, черт побери?
Мой взгляд упал на яркую коробку на нижней полке. Вот она — все, что у нас осталось из запасов лекарств. Не много, но это может спасти жизнь Райдеру.
За секунды я вернулась в спальню, держа в руках контейнер.
— Мне нужен стетоскоп, — сказала Дженис, когда я поставила контейнер у изножья кровати.
Я быстро протянула его ей. Тяжело сглотнув, я переместила взгляд на Райдера, опасаясь того, что смогу увидеть, но взгляд было сложно отвести.
Его лицо покрывали кровь, порезы и раны. Плотная борода прикрывала нижнюю половину его лица, скрывая некоторые из порезов и ран. Его щеки и подбородок не видели бритвы с тех пор, как он уехал, из-за чего его было практически не узнать.
Я смотрела, как медленно поднималась и опускалась его грудь. Очень медленно. Мне хотелось протянуть руку и дотронуться до него, но я боялась. Боялась того, что ему будет больно. Боялась, что если дотронусь до него, он исчезнет.
Кэш ворвался в комнату, его руки были нагружены полотенцами и бадьей с водой. Он положил полотенца на кровать, а бадью поставил возле Гэвина. Гэвин схватил полотенце и прижал к ране Райдера, останавливая кровотечение.
Я наблюдала, как Дженис судорожно работала. Ее тело коснулось моего бока, напоминая мне, что я, возможно. стояла у нее на пути, но я не могла сдвинуться. Мне нужно было быть рядом с ним.
В комнате стало тише, когда она прослушивала его сердце и легкие. Я увидела, как она посмотрела на Гэвина, выражение ее лица было мрачным.
— Мэдди, ты должна уйти, — сказала она, больше прося, чем предлагая.
Я покачала головой, отказываясь двигаться. Я никуда не уйду. Я несколько месяцев ждала, когда Райдер вернется. Я не собиралась уходить, когда он наконец вернулся домой.
Уголком глаза я заметила, что Гэвин посмотрел на Кэша, кивая в мою сторону.
Кэш пересек комнату в мою сторону.
— Давай подождем снаружи, Мэдди. Пусть делают все, что в их силах.
— Я не уйду.
Прежде чем Кэш смог поспорить, вошла Ева, а за ней следовал папа Райдера, Роджер. Выражение его лица было таким, какое я никогда прежде не видела. Из-за страха за сына на его упругой коже образовались морщинки, он стал казаться старше.
Ева громко ахнула, когда увидела Райдера. Она прикрыла рот, сдерживаясь, когда увидела всю кровь.
— Что... как он сюда попал? — произнес, заикаясь, Роджер. — Насколько все неблагоприятно?
— Нет времени для вопросов, пап, — сказал Гэвин, хватая еще одно чистое полотенце.
Пока Дженис занималась Райдером, я наблюдала за этим сквозь слезы. С каждым его дыханием я задерживала свое, опасаясь, что его вздох будет последним.
Я протянула руку. Мне хотелось снова касаться его. Мне нужно было почувствовать его. Мои пальцы коснулись его ноги. Я почувствовала грязь под кончиками пальцев. Он был грязным, его одежда была неопрятной. Я оставила руку на его голени, давая знать, что я с ним, здесь. И всегда буду.
Я увидела, как он силился открыть глаза. Сосуды полопались, из-за чего глаза выглядели воспаленными. Его лицо исказилось от боли, и он начал кашлять так, будто ему было тяжело дышать.
Я всхлипнула и попыталась склониться над ним, но Дженис оттолкнула меня, придвигая к Еве.
— Кэш, уведи ее отсюда! — прокричала Дженис.
Когда Кэш ухватил меня за руку и начал оттаскивать, я заволновалась. Мне стало страшно.
— НЕТ! — заверещала я, борясь с ним. Мои сломанные ногти царапали его макушку, оставляя отметины.
— Пусть они делают свое дело, Мэдди, — произнес он спокойно, подталкивая меня к двери.
Черт его дери за такое спокойствие! Райдер, возможно, умирает!
— Я остаюсь! — спорила я, вырываясь из его рук и крепко упираясь ногами. Им придется выталкивать меня отсюда!
Гэвин посмотрел на меня, одарив быстрым взглядом, а затем сильнее прижал рану Райдера.
— Пусть останется. Райдер хотел бы, чтобы она была здесь, когда он очнется, — сказал он.
Кэш отступил, давая мне личное пространство.
Я, не мешкая, вернулась к краю кровати. Райдер впал в бессознательное состояние, но кровь еще шла. Мой взгляд переместился с его лица вниз по его телу, осматривая каждый его дюйм. Внимание привлекли его туристические ботинки — те же самые, в которых он ушел. На одном отсутствовали шнурки. На другом наполовину отсутствовала подошва. Я вспомнила, что наблюдала, как он переступал опавшие ветки и сучья в тот день, когда взял меня на охоту. На нем были те же ботинки. И когда он подходил ко мне в его спальне, преследуя меня в темноте, эти ботинки были на его ногах. Они стояли у кровати, когда мы занимались любовью, забыв обо всем; из-за него мое тело напевало от наслаждения. И вот они теперь, снова передо мной. В нескольких дюймах от того места, где стояла я и его ребенок.
Я закрыла глаза. Слезы преодолели закрытые веки, оставляя следы, пока катились по моим щекам. Не знаю, смогу ли.
— Ева, подойди сюда, — рявкнула Дженис, стресс в ее голосе заставил мои глаза открыться. — Помоги Гэвину.
