И уходит в дом, оставляя в воздухе тонкий шлейф духов и надежды на то, что все получится.
Глава 32
Мне нужно подумать. Боже, о чем я думала, когда говорила это? Каким местом?! Для чего?
О чем вообще я собралась думать?! О продолжении? О замужестве? О еще одном разе по дружбе?
Такой дурой я давно себя не чувствовала.
Утром ожидаемо я не высыпаюсь. Мало того, что засыпаю почти перед рассветом, так еще и не могу решить, как быть дальше. Оставляю эту тему на завтра, решив погонять ее на свежую голову, плохо сплю, во сне не могу отпустить ее и в итоге встаю с больной головой.
О вчерашнем сексе стараюсь не вспоминать. Вообще. Как будто его и не было. Пока еще не время. Я не пришла к общему знаменателю сама с собой, поэтому не знаю, как на него реагировать.
С одной стороны, было глупо и безответственно поддаться искушению и ответить взаимностью Горову. Который, кстати, давно намекал, что не против вспомнить старое.
С другой — я понимала, на что иду, хотела этого и получила безумное удовольствие от процесса. У меня давно не было секса, и пережитые ощущения оказались неожиданно чересчур яркими и насыщенными. Жалеть глупо.
Так что выходила палка о двух концах: вроде бы и нужно поругать себя, а вроде и не сделала ничего плохого.
Что с того, что я переспала со Стасом? Это как-то унизило меня в его глазах? Плевать! Мне, в принципе, неважно, что и как он обо мне думает.
Это должно унизить меня в моих глазах? За что? Почему мужчинам прощается случайный секс, а женщинам нет? Кто придумал эти несправедливые табу?! Я тоже человек, я — живая, и я тоже способна чувствовать и возбуждаться.
Тьфу, блин! Тема слишком самоедская и философская, а у меня сейчас не то состояние, чтобы копаться во всем этом.
Да и Стас с утра ведет себя слишком естественно, учтиво и дружелюбно, чтобы переживать за что-то.
За завтраком уточняет, нет ли у нас каких планов, предлагая вместе съездить погулять. Одно из мест, куда падает наш выбор, — парк с детскими аттракционами.
В выбранную точку мы приезжаем в самый разгар веселья. Сегодня выходной, и народа в парке много. Повсюду гвалт и смех детей, продавцы с воздушными шариками, сладкая вата, цветы, яркие краски. Жизнь кипит ключом. Извилистые дорожки петляют под тенью высоких раскидистых деревьев, зазывая в прохладу, к лавочкам рядом с фонтанами. В воздухе сладко пахнет цветущими растениями.
Мы покупаем в кассе несколько билетов на детские аттракционы и идем занимать очередь. Для меня это часть жизни, обычные выходные, а вот Стаса, стоящего в очередях на детские качели наравне с простыми людьми, видеть непривычно. Даже странно. Без охраны и в повседневной одежде: футболке, джинсах, кроссовках — он выглядит как обыкновенный среднестатистический мужчина. С женой и ребенком.
Я с улыбкой машу Ромке, когда он садится на паровозик и проезжает мимо нас. Пока жду окончания заезда, Горов успевает отлучиться и купить мороженое.
— Держи, — протягивает мне вафельный рожок с ванильно-сливочным наполнением.
Солнечный день, наполненный улыбками окружающих и хорошим настроением, становится еще чуточку светлее после сладкого десерта. И плевать, что все это не по-настоящему, что это лишь жалкая имитация, я все равно счастлива. Сегодня. Сейчас. Я так хочу!
— Мам, а можно мне на те горки? — прибегает с восторженным видом Рома после того, как заканчивается время катания на детском аттракционе.
Стас вместе со мной переводит взгляд в ту сторону, куда указывает сын, и с сомнением качает головой:
— Одного тебя туда не пустят. Только со взрослыми.
— Мам, а ты пойдешь? — с надеждой оборачивается сынишка.
Он еще не свыкся с присутствием отца и пока все просьбы по привычке адресует мне.
— А ты не будешь бояться? Там может быть страшно, — предупреждаю заранее.
— Нет, я же не маленький! — смешно дует губы сын.
— И кричать не будешь? — улыбается Стас.
— Нет, тебе еще рано туда, — наблюдая, с какой скоростью разгоняются кабинки, решаю отказать.
И дело не в том, что Ромка маленький. Тут скорее я не готова к такой встряске адреналина.
— Ну мам, пожалуйста?
— Ром, не в этот раз.
— Один разочек? Вместе с тобой и папой? — не унимается Рома и строит умоляющую мордашку.
— А если ты уже на горке испугаешься и начнешь просить остановить — что будем делать?
Но Ромка упрямо мотает головой, настаивая на своей просьбе.
— Ну, смотри. Раз пообещал, то обязан выполнить, — внезапно соглашается Стас. — Подождите меня тут, я схожу за билетами.
Я собираюсь возмутиться и отговорить его от этой затеи, но не успеваю опомниться, как Горов исчезает за поворотом.
— Я не поеду! — только успеваю крикнуть вслед.
— Ты боишься? — насмешливо щурится Ромка, чувствуя свое превосходство. — Это же весело, мам!
— Не спорю. Но я не хочу.
— Боишься, боишься! — дразнится он и, как только отец возвращается, тут же делится с ним своим выводом: — А мама боится с нами ехать!
— Да? Чего это вдруг?
— Я не хочу. И Ромке, считаю, туда еще рано идти.
— Да брось, Кать! Он будущий мужчина…
— Он еще ребенок! — перебиваю раздраженно.
— Мы пойдем с папой тогда, — заявляет сын.
Но Стас неодобрительно качает головой:
