Магия и меч за оставшееся дневное время сделали своё дело — свели остатки моих сил на нет, и я со спокойной душой отправился в дом, где провёл в одиночестве остаток дня и ночь.
Проклятый снег! Если по площадке я кое-как проторил для себя тропинки к отхожему, кухне и выходу, то в городе ужаснулся от количества работы чистильщикам, которые убирали куда более широкие пространства для прохожих, а осадки не думали останавливаться, заставляя их выходить снова и снова. Как будто этого мало, некоторые ялы под недружелюбные выкрики других сдвигали снег со своих крыш, только добавляя работы чистильщикам. Кто прав, а кто виноват, я разбираться не стал, а поспешил исчезнуть, думая, что Роуллу было бы неплохо ошибаться насчёт пяти месяцев. Это же, ну правда, перебор.
Сегодня я, возможно, из-за недавнего перехода, взял с собой не только кинжал, но и меч, вспомнив о них уже слишком далеко, чтобы возвращаться по непроходимым сугробам обратно и оставлять в домике.
Снег казался рыхлым и сухим, но это обманчивое чувство. Самые глубокие участки проходились только благодаря титаническим и даже магическим усилиям, а когда он попадал в сапоги, я и вовсе чувствовал бурю эмоций. В основном, конечно, нецензурных. Конечно же, ноги после такого путешествия стали сырыми и уставшими, но вскоре впереди забрезжил рассвет. На самом деле, впереди улицу уже успели расчистить от белой заразы, и я, наконец, свободнее пошёл в направлении спуска в нижнюю часть города. На пристань, куда я планировал вчера идти, попасть иначе всё равно никак. Тут же я, уже вслух матерясь, вытряхивал напиханный в сапоги снег.
Вот уж, когда к птицам зависть появляется. Им-то не нужно лапки в снегу топить, взмахнул крыльями, и ты уже на другой стороне улицы.
С этими мыслями я вскоре пришёл к пристани, стряхнул с ближайшей лавочки снег и присел, после чего обнаружил в руках кинжал.
Взгляд приковал, как оказалось, мой корабль. Он ничуть с того раза не изменился, но теперь, в окружении куда более сдержанных суден ялов, выглядел заметным ярким пятном. Он являл собой небольшое судно без парусов, которое украшала большая голова рыбоподобного монстра на носу с двумя отходящими назад плавниками и двумя же закрытыми гребущими колёсами, которые несколько выбивались из общей картины. Её портило лишь то, что в борту я увидел несколько заметных пробоин, и я нашёл рациональное объяснение этому. Видимо, ялы, обнаружив его, подошли своими кораблями и пару раз пальнули. Навредили они не сильно, так как, видимо, догадались, что корабль пуст, и решили отбуксировать ценный трофей к причалу.
Как и остальные корабли, мой пришвартовали толстыми канатами к одному из множества больших металлических крюков на пристани. Сама же она представляла из себя расположенные почти на скалах каменные конструкции с невысокими дозорными башенками, соединёнными простой каменной стеной и с точно такими же чашами на свёрнутых ветвях деревьев, кои я видел за Живой Стеной. Кроме них я видел ещё и несколько небольших каменных домиков, которые пользовались популярностью у ялов.
Далеко справа в море уходил утёс, рассекающий город на две неравные части. Там, где он проходил по суше, виднелся довольно широкий, даже с моего места, замёрзший водопад, который переходил в коротенькое продолжение реки Кузар, впадающей в море. Она петляла с дальних гор на севере и отделяла от города очень небольшое пространство, куда я ещё ни разу не ходил. Жаль, я не узнал про Кузар до холодов, а то непременно сходил бы туда, да искупался.
Как я понял, море для ялов являлось куда более важным путём, нежели суша. Торговля с Крислемом, похоже, не прекращалась даже зимой, и, благодаря этому, в городе можно было найти вкусные фрукты. Эх, если в Крислеме в этот самый момент тепло и солнышко светит, я бы не прочь отправиться туда и провести остаток зимы в тепле, нежели здесь в холоде. Кроме того, мне давно хотелось узнать, что способно сплотить две расы, практически враждующие на большом континенте, в одном месте. Надо будет потом ялам об этом сказать. Если более строгого Роулла и не получится уговорить, то на Халуна есть небольшая надежда.
По пристани ходили небольшие отряды вооружённых солдат, сопровождающих других ялов, одетых в богатые одежды. Это, видать, купцы. Некоторые из них ходили небольшими группами, но каждая такая, проходя мимо моего корабля, непременно останавливалась и живо его обсуждала. Сложно сказать, беспокоились ли они такому соседству или же, наоборот, восхищались трофеем, добытым незнакомцем, но я невольно задумался: «Сколько же можно выручить при продаже судна одному из них?» С другой стороны, нужны ли мне такие деньги?
Вскоре я устал сидеть, и ноги сами понесли меня ближе к шумной воде. Посмотрев вниз за верёвочное ограждение, натянутое на металлических проушинах по всему периметру, я увидел плескающиеся волны без единого намёка на обледенелость.
