Как только он оказался во мне, руки Бена потянулись вверх, пальцы глубоко впились в плоть, задирая ночнушку на спине.
Но он не снял ее. Я двигалась на нем верхом и двигалась быстро, жестко, снижаясь, шлифуя его член, мне приходилось сдерживаться, чтобы не кончить сию минуту. Он просунул руку под мою ночную рубашку, обхватил затылок и потянул мою голову вниз, желая завладеть моим ртом.
Я позволила Бенни завладеть моим ртом в жестком, пожирающем поцелуе, пока я скакала на его члене.
Почувствовала, как его другая рука скользнула внутрь между нами, вниз, затем большой палец оказался на моем клиторе.
Он надавил и закружил.
Бенни внутри меня, Бенни снаружи. Почти восемь лет не было нормального секса, кроме того, что я давала себе сама, и теперь, наконец, у меня он есть с Бенни. В тот момент, как его большой палец сделал круг, моя голова откинулась назад, я резко и сильно закричала, оргазм пронзил все тело.
Все еще кончая, Бен оторвал меня от себя, затащил на кровать, перевернув на спину, сорвал с меня трусики, накрыл своим телом, снова оказавшись внутри.
— Да, — выдохнула я, все еще пребывая в оргазме.
Бен толкнулся вперед, его бедра наклонились в сторону, рука скользнула по моей заднице, по задней части бедра, высоко поднять мою ногу, обхватив под коленом.
— Да, — повторила я, задыхаясь, открыв глаза и увидев, как он приподнимается на предплечье, опять входит, смотря на меня сверху вниз.
— Безумно красивая, — прошептал он.
О Боже.
Бенни.
Моя рука была зажата его телом, поэтому я ухватилась за его предплечье, ухватилась с силой, как только могла, подняв другую руку вверх и проведя ею по новым, незнакомым, но потрясающе сказочным выступам и ложбинкам его груди и пресса.
Я приподняла бедра, чтобы предоставить ему лучший доступ так же, как и себе, он вошел, начал двигаться, выдавив:
— Черт возьми, да, Фрэнки.
— Действуй, — прошептала я.
— Понял, — проворчал он.
Господи.
Мой Бенни.
Я перекинула ногу, которую он прижимал к кровати своим весом, ему на бедро, двигая бедрами в тандеме с ним, позволяя пальцам скользить по рельефу его пресса, глядя ему в глаза, чувствуя, как великолепие Бенни Бьянки постоянно наполняет меня.
Он дернул мою ногу вверх, углубляясь, что мне показалось, будто касался кончиком своего члена до моего лона. Я выгнула шею и выдохнула:
— Вот так, малыш, трахай меня.
При этом он закинул мою ногу себе за спину, его рука скользнула вверх по передней части моего бедра к боку, потерла материал ночнушки, прикрывающей мою грудь, проведя по моему напряженному соску, заставляя меня застонать. Затем его рука двинулась вниз, и его большой палец снова оказался на моем клиторе.
Я наклонила голову к нему и простонала:
— Близко, Бенни.
— Бл*дь, так и есть. Давай, Фрэнки, — прорычал он.
Наши бедра двигались, Бен надавливал и перекатывал клитор, затем стал надавливать и перекатывать сильнее, пока его бедра врезались в мои, у меня перехватило дыхание.
— Бенни.
— Уже скоро, cara, давай, — простонал он.
Слишком поздно.
Я уже была на волне оргазма. Впившись пальцами ему в спину, обхватив его ногами, свободной рукой, обвившись вокруг его шеи сбоку, с силой удерживая, спина выгнулась на кровати, и меня пронзил очередной оргазм.
Я почувствовала, как Бен вошел глубокое, его большой палец переместился с моего клитора на заднюю часть моего бедра. Я как раз собралась с силами, чтобы открыть глаза, когда он начал долбиться, его дыхание стало резким. Открыв глаза, увидела, как его голова опустилась, почувствовала, как его рука крепко сжалась на моем бедре, резкие вдохи превратились в жесткие стоны его освобождения.
Его движения замедлились, стали мягче, он не скользнул внутрь, отпустил мое бедро, поднял голову, поймал мой взгляд и наклонился ко мне всем телом.
— Ну, э-э… и как это поможет залечить трещину?
Вопрос исходил от меня. Прямо из моего рта. Я услышала его и не могла в это поверить.
Бенни тоже не мог. Я поняла, когда он моргнул. Затем уставился на меня.
Затем его голова откинулась назад, и он расхохотался.
Именно в этот неподходящий момент, вырвавшиеся некстати слова, заставили меня стать нормальным, рациональным человеком, которым я всегда хотела стать (но редко была), а не безумной, сумасшедшей шлюхой, как я вела себя сейчас, что часто случалось с Бенни.
Я знала, что Бен почувствовал напряжение, охватившее мое тело, потому что его голова откинулась назад, глаза встретились с моими, в них не было ни капли смеха.
— О нет, cara, черт возьми, нет, — прорычал он. — Только не снова, и не потому, что я прижал тебя к кровати, а мой член все еще тверд внутри тебя.
— Я снова набросилась на тебя, — прошептала я, в голосе звучал ужас, отчего тон начал повышаться, когда я закончила: — На этот раз буквально.
— Да, набросилась, спасибо, черт возьми.
Я моргнула, прежде чем спросить:
— Ты не злишься?
Его голова дернулась, глаза сузились, в голосе прозвучало недоверие.
— Детка, я хотел быть прямо там, — он прижался своими бедрами к моим, мои ноги напряглись, обхватывая его, — долгое бл*дь время. Я там, — он снова прижался к моим ногам, — мне нравится. С чего бы мне, бл*дь, злиться?
