— Ты хочешь уйти, хорошо. Хочешь вернуться, это обещание, которое я могу сдержать, Фрэнки, не заставляя у меня потом выпрашивать прощенье. — Он придвинулся еще ближе и прошептал: — Но, прошу тебя, бл*дь, потрать это время в дали от меня, разберись с тем, черт возьми, дерьмом внутри себя. И если ты обнаружишь, что не можешь справиться одна, мне плевать. Я займусь этим сам. Просто вернись ко мне.
Закончив говорить, он притянул меня к себе, прижался губами к моим и крепко поцеловал меня с закрытым ртом.
Поцелуй — клеймо.
Поцелуй — определенно обещание.
Поцелуй, причиняющий боль из-за чувств, которые этот поцелуй пробуждал.
Поцелуй, который длился совсем недолго, прежде чем Бен отпустил меня, повернулся и ушел.
Бенни вошел через заднюю дверь, стряхнул с себя снег и бросил спортивную сумку на кухонный стол, туда же и ключи.
Ему нужно было принять душ, одеться и отправиться в ресторан. Он повернулся, направляясь к лестнице, когда зазвонил его сотовый в сумке.
Вернулся назад, расстегнул молнию на своей сумке, достал телефон и посмотрел на экран.
Он принял звонок и приложил трубку к уху, возвращаясь к двери, приветствуя:
— Привет, ма.
— Привет, Бенни. Ты помнишь, что Карм, Кен и дети прилетают завтра?
Он побежал вверх по лестнице, говоря:
— Ма, помню.
— Завтра вечером ужинаем в пиццерии. Мэнни знает, что стол должен быть готов.
— Ага.
— Обязательно найди время, чтобы выйти и поздороваться, да?
Он стиснул зубы, идя по коридору и задаваясь вопросом, почему его мать думала, что через миллион лет он забудет о своей сестре, которую не видел больше года, тем более, что она прилетала со всей семьей, провести с ними неделю на Рождество, почему ма думала, что он не выйдет к ним, когда они прибудут в ресторан и не поздоровается.
Но он не задал ей этого вопроса.
А сказал:
— Я выйду обязательно.
— Уверен, что не будешь спать на диване в канун Рождества?
Он зашел в ванную и сразу направился в душ, чтобы включить воду и нагреть, так что, когда он закончит с этим нелепым звонком, не теряя времени, смог бы подготовиться.
— Я живу в десяти минутах езды от тебя, — напомнил он ей. — Я могу прийти первым делом утром, и мне не придется спать на твоем диване.
— Дети рано встают на Рождество, — отрезала она.
— Тогда я встану и приду пораньше, — ответил он.
— Они встают очень рано.
— Тогда я приду очень рано.
— Бенни…
— Ма, — оборвал он ее. — Мы уже говорили об этом. — Он сделал паузу, чтобы подчеркнуть сказанное. — Дважды. Я не собираюсь спать на диване. Я доберусь не утром, когда дети Кармы встанут и разозлятся, а буду через пять минут после рассвета, идет?
Он услышал ее вздох, прежде чем она сказала:
— Хорошо, Бенни.
— Хорошо, я только что вернулся из спортзала. Надо принять душ и идти в ресторан.
— Ладно, caro, увидимся завтра вечером.
— Вот и отлично.
— Пока, Бенни.
— Пока, ма.
Он отключился, бросил телефон на раковину, снял одежду, бросил ее на пол и встал под душ.
Десять минут спустя с мокрыми волосами в футболке, джинсах и ботинках, он уже был внизу у своего шкафа в прихожей, потянувшись, чтобы вытащить кожаную куртку, когда раздался звонок в дверь.
Он раздраженно вздохнул и направился к двери, увидев своего соседа Тони, стоящего снаружи.
Он отпер дверь, открыл и увидел Тони с коробкой, завернутой в коричневую бумагу.
— Приходил почтальон, приятель. Оставил это у меня, — сказал Тони, протягивая коробку Бенни.
Бен взял коробку и пробормотал:
— Спасибо, чувак.
— Без проблем, — ответил Тони, затем поднял руку и пробормотал: — До встречи, — прежде чем сбежать по ступенькам и направиться к соседнему дому.
Бенни закрыл дверь, запер ее, повернулся и пошел обратно по коридору, взглянув на коробку, увидел почтовый штемпель и остановился как вкопанный.
Индианаполис.
— Черт, — прошептал он, заставляя себя двигаться и вернуться к шкафу.
Жонглируя коробкой, он схватил куртку, закрыл дверь и направился на кухню, думая, что бы это ни было, это могло быть от Вай. Она, Кэл и дети были во Флориде, но она могла отправить ему посылку перед отъездом. И именно такая женщина, как Вай, могла отправить рождественский подарок парню, который ничего не прислал бы взамен, даже открытку.
Но если это было от Вай, на посылке не было бы почтового штемпеля Инди, если только она не была в городе по делам и случайно не зашла бы в почтовое отделение, что было маловероятно.
Значит, он понял от кого была посылка.
И он также понял, что должен, по крайней мере, отложить ее в сторону, а лучше выбросить в мусорное ведро.
Он не сделал ни того, ни другого.
Хотя явно должен был выбросить. Определенно выбросить.
Вместо этого он открыл коробку, вытащил квадратную жестянку, украшенную красно-зеленым и золотым рождественским орнаментом. Сверху был прикреплен маленький конверт с круглой наклейкой из золотой фольги.
Было написано: «Бенни».
Он поставил жестянку, оторвал конверт, открыл, вытащив рождественскую открытку со снеговиком, украшенную слишком большим количеством гребаного блеска, со словами «С праздниками!» на нем.
Открыл открытку.