- Вчера незадолго до рассвета я спустилась сюда... - начала Мэри, но он не дал ей договорить. Взяв ее руки в свои, он улыбнулся счастливой улыбкой.
- Так вы хотели видеть меня?
Мэри безуспешно пыталась высвободить руки из его ладоней. Он привлек ее к себе и с нежностью глядел в ее раскрасневшееся лицо.
- Только не воображайте себе, что я искала ваших объятий! У меня и в мыслях не было ничего подобного! - в бешенстве закричала она.
- Допускаю, что вы просто решили побеседовать со мной в столь урочный для этого час, - он едва сдерживался, чтобы не прыснуть со смеху.
- Вот именно для этого я сюда и спустилась. Внезапно улыбка исчезла с лица Стивена,
Сменившись выражением растерянности и смущения. Лишь теперь он вспомнил, чем был занят перед рассветом.
- Мне ясно, почему вы сердитесь, Мэри, и я готов признать, что у вас есть на то причины, - примирительно произнес он. - Вы нигде не могли найти меня...
- И нам обоим хорошо известно, как и с кем вы проводили время минувшей ночью после праздничной трапезы, - с холодной яростью закончила она.
Стивен виновато улыбнулся и развел руками.
- Я не отрицаю, что позволил себе некоторые... вольности с одной из служанок. Но что же мне оставалось делать, Мэри? Вы разожгли во мне такую страсть, что она требовала немедленного утоления. Я так желал вас...
Он снова взял ее за руки, и опять Мэри без всякого успеха попыталась высвободить их,
- Не лгите! - прошептала она побелевшими от гнева губами. - Вы навряд ли вспоминали обо мне, когда осыпали ласками эту беспутную девчонку!
- Поверьте, я все время помнил о вас, я представлял себе, что сжимаю в объятиях вовсе не ее пышный стан, а ваше нежное тело, и ваш милый образ царил в моем сердце даже тогда, когда я изливал семя в ее лоно!
У Мэри перехватило дыхание. Определенно этот человек был колдуном, чародеем, заворожившим ее, получившим с помощью тайных магических наук неоспоримую власть над всем ее существом. Будь все иначе, разве почувствовала бы она после всего услышанного это знакомое стеснение в груди, эту парализующую слабость во всем теле?
- Ах, вот, значит, как все это происходило?! Но ведь вы прекрасно знали, где меня искать, - прерывающимся от обиды и негодования голосом произнесла она.
Стивен решительно помотал головой:
- Мадемуазель, вы - моя невеста. И я при всем самом настойчивом и горячем желании не должен домогаться вашей близости до самого дня нашей свадьбы.
Мэри удивленно приподняла брови. Подобное соображение просто не пришло ей в голову, так зла она была на Стивена, такой жгучей обидой и ревностью полнилось ее сердце.
- Неужели вы допускаете, что какая-то служанка может сравниться с вами? - взволнованно и по-прежнему виновато проговорил он. - Если бы вы знати, сколько раз я готов был взбежать по этой лестнице, чтобы заключить вас в объятия! Но мой рассудок, мое чувство чести возобладали над голосом страсти. Разве мог я повести себя иначе? - Он отпустил ее руки и взял в ладони ее зардевшееся лицо. Мэри была не в силах пошевельнуться. - Я ведь действовал осторожно. Я не пригласил девчонку в свою спальню. Здесь же, в зале, все были погружены в беспробудный хмельной сон. Мне даже в голову не приходило, что вы можете спуститься. И еще. К моему искреннему сожалению о случившемся примешивается и другое чувство. Я рад, я бесконечно счастлив и горд, что вы ревнуете меня к ней!
Мэри открыла было рот, чтобы возразить, но голос не повиновался ей.
- Вы просите о невозможном, принцесса, но я выполню ваше желание.
- Что вы имеете в виду? Разве я вас о чем-то просила? - хрипло прошептала Мэри.
- Я обещаю вам воздерживаться от телесных контактов с женщинами до самой нашей свадьбы. Вы довольны?
Потрясенная этим совершенно неожиданным оборотом их разговора, Мэри не могла вымолвить ни слова. Она молча кивнула, и в ту же секунду теплые губы Стивена с жадностью впились в ее губы, вбирая их в себя, лаская языком, раскрывая их и проникая в глубь ее рта.
- Но я, вне всякого сомнения, буду терять голову всякий раз, когда вы окажетесь рядом, - с трудом переводя дыхание после поцелуя, предупредил ее он. В глазах его теперь плясали веселые искорки.
"Если бы нас не разделяла столь глубокая пропасть, - в смятении думала Мэри, - то брак этот, кто знает, вполне мог бы оказаться удачным для нас обоих". Она с тревогой вгляделась в озаренное улыбкой лицо Стивена. Он, человек, которого нелегко было ввести в заблуждение, похоже, не подозревал ни о каком подвохе со стороны Малькольма и простодушно верил, что их свадьба состоится. Но ведь сама она была твердо уверена в обратном и теперь, что греха таить, почти сожалела об этом.
- Скажите мне, какие условия поставил мой отец, согласившись отдать меня вам в жены? - спросила она, поспешив перевести разговор на другое, и отступила на шаг назад.
- Ведь вчера мы уже говорили об этом, - мягко напомнил ей Стивен.
- Нет, прошу вас, милорд, скажите мне, какую выгоду получит от нашего брака король Малькольм?
Взгляд Стивена посуровел.
