- Мадемуазель, этот вопрос относится к области большой политики, к которой вы, смею надеяться, не имеете никакого отношения. Я не намерен отвечать вам на него.
- Но поймите же, для меня это очень важно! - не сдавалась Мэри.
- Я понимаю вас, принцесса. И я прошу вас, доверьтесь мне во всем! Малькольм согласился на этот брак. Вот и все, что вам надлежит знать.
- Но о чем именно вы с ним договорились? Несколько секунд он пристально, изучающе смотрел на нее, словно силясь проникнуть в самые сокровенные ее мысли, затем негромко спросил:
- Мэри, ответьте, готовы ли вы стать мне верной, преданной женой?
Вопрос застал ее врасплох. Не произнеся ни слова, она низко опустила голову.
Стивен взял ее за подбородок и заставил выдержать свой вопрошающий взгляд.
- Я должен знать это!
Мэри покачала головой. В глазах ее начали закипать слезы. Она всей душой желала негромким, твердым "да" развеять все его сомнения, ей хотелось в обмен на его клятву верности пообещать ему все, о чем он просил, но, с детства приученная матерью к правдивости, она не могла пойти на заведомый обман, ибо долг велел ей хранить верность в первую очередь интересам Малькольма и Шотландии, всеми силами отстаивать то, что отец ее считал важным для себя, своего клана и своей страны.
- Мэри, поклянитесь мне в этом теперь же здоровьем своих родных, поклянитесь всем, что вам дорого. Беря вас в жены, я должен быть уверен в вас!
- Я... Я не могу, - прошептала она.
- Не можете или же не хотите? - кусая губы от ярости, вскричат он.
- Не могу.
- В последний раз спрашиваю вас, принцесса, будут ли мои интересы, интересы вашего супруга и отца ваших детей для вас превыше всего на свете?!
В голосе Стивена звенел металл. На виске его пульсировала синяя жилка. Мэри же в эту минуту сумела справиться со своим волнением и отбросить все прежние колебания. Она расправила плечи и, бесстрашно глядя ему в глаза, ответила:
- Нет! Превыше всего для меня были и будут интересы Шотландии и ее короля! - Она представила себе, как гордился бы ею Малькольм, услышь он этот разговор, и на душе у нее вновь стало светло и отрадно.
- И так будет даже после нашей свадьбы? - У Стивена был такой растерянный и ошеломленный вид, что Мери вдруг поняла: он не ожидал встретить столь решительный отпор с ее стороны, а возможно, просто не рассчитывал на ее безоглядную откровенность. Ну да, ведь он считает их будущее супружество делом решенным.
- Даже после нее, - кивнула Мэри, в очередной раз напомнив себе, что этой свадьбе не суждено состояться.
- В таком случае, - загремел Стивен, - как же вы смели говорить со мной о делах политики? Как вам только в голову пришло без зазрения совести пытаться вызнать у меня секреты, о коих ведомо лишь немногим?! У меня... у меня просто нет слов, принцесса! - Он резко повернулся и огромными шагами заспешил прочь из зала. Мери снова протянула ладони к огню.
В середине дня в Элнвик возвратились граф и графиня Нортумберленд. Мэри вовсе не горела желанием познакомиться с родителями Стивена и не стала спускаться вниз, чтобы приветствовать их, но леди Седра сама поднялась в комнату Изабель, чтобы поговорить наедине с невестой сына.
- Оставьте нас одних, - велела она сопровождавшим ее леди. Мэри нехотя поднялась ей навстречу.
- Мадам, - прошептала она, кланяясь графине. Леди Седра, высокая темноволосая женщина с величественной осанкой, выглядела гораздо моложе своих лет. Она была одета в желтое бархатное платье, ворот и манжеты которого украшала затейливая вышивка. Вьющиеся волосы графини покрывала золотистая шелковая вуаль, удерживаемая обручем с рубиновыми подвесками, стройный стан ее был перехвачен золотым поясом, с драгоценными камнями.
- Я очень рада оказать вам гостеприимство в лоне моей семьи, проговорила леди Седра, приветливо улыбаясь Мэри и беря ее за обе руки.
- Благодарю вас, миледи, - без всякого выражения ответила Мэри.
Леди Седра взяла ее под руку и провела к двум креслам, стоявшим у невысокого столика. Когда обе они уселись друг против друга, графиня, покачав головой, сказала:
- Стивен поступил с вами дурно, позволив своему вожделению взять верх над разумом. - При этих словах графини Мэри густо покраснела. Ей меньше всего на свете хотелось бы обсуждать происшедшее с матерью Стивена. Она провалилась бы сквозь землю, если бы была уверена, что леди Седра знает, с какой готовностью она разделила страсть ее сына, как легко уступила его домогательствам. - Но я надеюсь, что, как только выяснилось, кто вы, он стал вести себя с вами достойно и учтиво?
Поймав на себе исполненный тревоги и участия взгляд темных глаз леди Седры, Мэри окончательно смешалась.
- Он... Да, благодарю вас, вполне, - едва слышно пробормотала она.
Графиня облегченно вздохнула.
