— Замужем, — сказал он тихо, скорее для себя. — Устраивает. Давно дружите?
Я честно пыталась сосредоточиться и составить план работы, но это было невозможно.
— Около пяти лет. Можешь меня не отвлекать полчаса? А вопросы записывать на листочке, я позже отвечу, — подвинула ему блокнот с ручкой.
— Нет, так неинтересно.
— Пожалуйста, я просто разрываюсь от нехватки времени. А сданные в срок контрольные и курсовые обеспечат мне оплачиваемый отпуск.
— Я тебя услышал.
Полчаса тишины позволили погрузиться в учебу, несмотря на присутствие Эдуарда.
— Ты часто встречаешься с подругами? — спросил он ровно через тридцать минут.
Он невыносим! Ровно полчаса?!
Я посмотрела на мужчину, заметила в его руках фотографию со дня рождения Киры, мое знакомство с Улей и Лизой. Улыбнулась. Мы, как четыре мушкетера, стояли с шампурами румяного шашлыка, скрещивая их.
— Иногда по полгода не получается встретиться. Раз-два в месяц для меня шикарно, только с Кирой.
— А что так редко?
— Работа и семейные обстоятельства.
— У тебя времени должно быть больше, ты же посменно работаешь?
— Так и есть, поэтому у меня их две, посменно.
— Ты хоть спать успеваешь?
— Стараюсь.
Посмотрела на время внизу экрана, пора собираться и выходить.
— А семейные обстоятельства у тебя какие могут быть?
— Я обещала помогать Анне Львовне и свое слово держу. Пора выходить, нам еще в магазин, — сказала, выключая технику и складывая книги.
— Как скажешь, одуванчик.
Я быстро переоделась в ванной в джинсы и ажурную вязаную кофточку, Эдуард внимательно на меня посмотрел, но ничего не сказал. Мы вышли к машине и поехали в супермаркет.
В городе стали открываться приличные магазины, где можно было купить все: от свежего хлеба до игрушки.
— Я быстро. Ты со мной?
— А как же!
— Мне только фрукты и игрушку для ребенка купить.
— Зачем игрушка, если ребенок еще не родился?
— Для старшего сына подруги.
— А сколько ему?
— Пять.
— Ясно.
Мы быстро набрали и взвесили фрукты в четыре руки, пошли за игрушкой.
— Смотри, какой симпатичный заяц! — сказал Эдуард, показывая мне пушистый пылесборник.
— Симпатичный. Но у меня с Макаром последние два года традиция с игрушкой.
— Какая?
— Я ему дарю модель машины.
— Отлично, сейчас подберем хороший вариант.
— Ага.
— Белый BMW? — показал он мне коробочку с машинкой.
— Синий Audi?
— Тогда уж лучше Jeep.
— Пожалуй, остановлюсь на «Ладе-Приоре», у нее еще и багажник открывается.
— Зачем ему этот тазик? Надо прививать вкус к хорошему авто с детства.
— Ты это его папе скажи. Он на шестерке ездит.
— Суровый мужчина.
— Обычный, семейный.
— Хм.
Назвала адрес Ули, и мы поехали в новый микрорайон, где дворы напоминают автостоянку с небольшими островками зелени и детской площадкой.
— Второй подъезд, справа.
— Понял.
Проехал он дальше и припарковал машину на освободившемся месте.
— Спасибо, — сказала и покинула салон.
Открыла заднюю дверь, забрала пакет, повернулась и врезалась в Эдуарда, наступив ему на носок ботинка.
— Donner wetter![1]
Повторяется!
У него не ноги, а ласты!
— Извини.
— Я тебя провожу до двери, — сказал и взял пакет из моих рук.
Я даже не знала, что ответить. Чувствовала себя как под конвоем ревнивого мужа. Но стоило увидеть Улю и её улыбку, меня отпустило.
— Привет! — сказала я.
— Привет! — получила в ответ.
Эдуард онемел, что ли?
— Знаю, что красивая! Зеркало последние месяцы нагло врет, как и весы, — сказала она и погладила огромный живот, смотря прямо на Эдуарда.
Пришлось дать слегка локтем в бок другу, чтобы он вернулся к нам.
— Здравствуйте! Вам очень идет, — выдавил Эдуард.
[1]
Эдуард
«Немножко» беременна? Вот это живот! У нее их там несколько?
В чувство меня привел толчок от Эльзы.
— Проходите, — сказала хозяйка дома.
На автомате сделал шаг, следя за её движениями, пока не заговорила Одуванчик, представляя нас.
— Приятно познакомиться, Эдуард!
— Взаимно.
— Тетя Эльза! Ты пришла! — выбежал симпатичный мальчик, остановился напротив моего одуванчика. — Посмотришь мои рисунки?
— А давай попозже, Макар, всем нам покажешь? — ответила она.
Мальчик перевел взгляд с нее на меня. Он явно не был рад видеть рядом с Эльзой кого-то еще.
— Хорошо, — ответил и убежал.
— Ты разбила его маленькое сердечко, жестокая. Как ты могла? — сказала беременная подруга Эльзы, приложив руку тыльной стороной к глазам.
Та смущенно улыбнулась.
— Серьезно? — вырвалось у меня.
— Ты разве не заметил? — ответил «животик».
— Первый раз подобное вижу.
— Наша любимая тетя Эльза пришла с мужчиной! — последнее слов она проговорила по слогам.
— Уля, хватит нагнетать. Эдуард — друг, а Макар — ребенок.
— Проходите, задержались уже на пороге, — сказала Ульяна и улыбнулась.
Я быстро прошел на кухню и положил пакет с фруктами на столешницу у раковины.
— Я первая? — спросила Одуванчик.
— Да.
Типовая трешка с хорошим ремонтом, если судить по коридору, кухне и залу. Хорошо оборудована и спланирована. На холодильнике бросился в глаза семейный портрет. На подоконнике стоял букет из белых и красных роз. Запах такой летал… готовящейся еды и уюта.
Эльза с подругой зашли на кухню следом за мной.
