В этот раз готовили вместе, в четыре руки. Ну, я готовила, а он пытался помочь, больше отвлекая. Легкий суп, гуляш, картофельное пюре, салат из овощей составили наш обед. А еще бесконечное количество обнимашек и поцелуев. На десерт приготовила мелкие оладушки.
— Мне уже начинает казаться, что ты меня заманил к себе, чтобы не выпускать с кухни, — сказала я, посмотрев на часы.
— Одно другому не мешает. Пошли отдыхать.
— Ага. Посуду только помою.
— Оставь, позже помою в машинке. Пора её испытать.
Я подошла к дивану и посмотрела, как удобнее устроиться.
— Сейчас разложу, минутку. С тебя массаж.
Я только смогла закатить глаза к натяжному потолку с замысловатыми светильниками.
После массажа, поцелуя благодарности и теплых объятий я пригрелась и уснула. Хорошо поспала, открыла глаза от легких поглаживаний по голове и тихого шепота:
— Одуванчик, пора вставать. Просыпайся, солнышко…
— Я долго спала? Сколько времени?
— Столько, во сколько ты просила разбудить.
— Спасибо.
После приготовленного мной ужина и разделенной трапезы он отвез меня на работу, подарив сладкий поцелуй на прощание. В голове не укладывался сам факт быстрого перехода от дружбы к стремительно развивающимся отношениям. Я ему нравлюсь?!
Эдуард
Первомайские праздники… «Мир…Май… Труд…»
Чувствовал себя, как мальчишка жаждущий увидеть свой Одуванчик, обнять, поцеловать и не выпускать из рук. Времени, что мы проводили вместе, было катастрофически мало, если я просто работал, то она жила работой. Как же стало ощутимо сейчас, что большую часть её времени занимает работа и учеба. Я провожал и встречал ее. Готов был уже начинать жаловаться на свою девушку, что та мало уделяет мне времени. Только кому?
А когда мы проводили время вместе, ничего лучше нельзя было и вообразить. Совместная готовка стала не так страшна, я даже что-то научился делать хорошо, без сопровождения её тяжелых вздохов. Научился самостоятельно выбирать продукты, из которых нам предстояло готовить. Она меня поощряла поцелуем за чистоту в квартире, когда приходила ко мне, вернее, когда я её привозил. А что мне еще оставалось в её отсутствие?! Только то, что хорошо получалось: заниматься спортом и убираться. Моя скромная девушка старалась проводить время в квартире со своей бабуленькой, еще и со спицами в руках. Не раз отрывал её от этого бабушкиного времяпровождения.
У меня самая лучшая девушка, мой Одуванчик!
Приглашение родителей на дачу на шашлык было подходящим предлогом, чтобы представить её как мою девушку.
Эльза после уговоров согласилась поехать со мной на дачу, но с условием.
— Давай пока не будем говорить о нас, — попросила она, как только мы отъехали от её дома.
— Почему?
— Я могу не понравиться твоим родителям в качестве девушки. Одно дело друг детства, а девушка…
— Ты им нравишься, Одуванчик. Мама не раз напомнит о настоящей еде в моем холодильнике, так что готовься.
Она опять немного сжалась, как маленькое солнышко в вязаном топе лимонного цвета. Сейчас бы остановился на обочине, поцеловал и укусил слегка, чтобы пришла в себя. Но праздничные посты на дорогах этому не способствуют, да и родители уже звонили и просили поторопиться.
— Солнышко мое, успокойся, тебя никто не обидит. И мы им не скажем, раз это для тебя так важно. О том, что мы общаемся, они знают, и о нашей предстоящей поездке тоже.
— Спасибо, Эдуард.
— Принимаю благодарность только поцелуями.
— Хорошо, — улыбнулась и расслабилась она.
Подъехали к даче, я взял свои обещанные благодарности в машине, и мы вышли навстречу к родителям. Папа внимательно смотрел на нас, хоть мы и не держались за руки, поздоровался и попросил помочь у мангала. А мы с мамой после приветствий провели экскурсию по участку, потом она взяла под локоток Одуванчика и увела в дом. Забрала моего Одуванчика, которого я и так мало вижу!
Как только подошел к мангалу, папа задал вопрос в лоб:
— И давно вы встречаетесь?
— Полмесяца. Ты против?
— Напротив. Мне она нравится, не обижай её.
— Пап, она так переживает по поводу того, примите вы её или нет, что просила не говорить, что мы вместе.
— Она просто неопытная девочка. Всего боится. Учитывай, что она потеряла отца и фактически осталась одна, так что имеет право на страхи. Такие девушки — исчезающий вид. Цени.
— Знаю, пап.
Эльза
Прогулка по ухоженной территории, где на клумбах росли цветы, плодовые деревья, кустарники, а большую часть участка занимал ровный, свежескошенный газон. Дача в моем понимании — это грядки, грядки, грядки, немного кустов и деревьев, как у родителей Киры. Меня провели по небольшому дачному домику: две спальни, просторная кухня-гостиная с окнами в пол, санузел, полноценное летнее жилье со всеми удобствами.
— Еще есть баня на дровах. Вы же останетесь с ночевкой? — сказала Клара Эдуардовна.
— Я не могу. У меня завтра дневная смена.
— Эдуард тебя утром отвезет.
— Нет, спасибо. Я не хочу вас стеснять.
— Какая ты скромная. Кстати, красивый топ.
— Спасибо.
— Бабушка связала?
— Помогала с расчетами. Я сама, чтобы навыки не терять.
