Родители Эдуарда оказались недоступными абонентами. Сообщила о своих планах Анне Львовне, и мы решили заехать к Ульяне в гости посмотреть на малышку, договорились, что Стас нас оттуда заберет. На такси заехали в магазин, а потом к подруге.
— Какие люди! И без охраны! — сказала нам Уля с порога. — Да еще и с вещами?!
— Привет!
— Впустишь, самая красивая мамочка?! — сказала Кира.
— Проходите, девчонки.
— Тетя Эльза! Тетя Кира! — выбежал к нам Макар.
— Почему не в саду? — спросила Кира.
— Так летний ремонт начался.
Я первая обняла Макара и подарила очередную модель машины, затем Киру удостоили обнимашками.
Помыли руки и прошли в спальню посмотреть на дочку Ульяны. Снежана сладко спала с пальцем во рту, а пустышка лежала в стороне.
— Вот так мы любим спать! — сказала тихо Ульяна.
— Такая хорошенькая! — озвучила мои мысли Кира.
Я лишь улыбнулась. Мы полюбовались на маленькую спящую куколку и пошли на кухню поговорить, а я просить об одолжении.
Мой рассказ Уля слушала внимательно, только бросила несколько эпитетов в адрес моего бывшего жениха. Обняла и сказала, что найдет мне лучше мужа, а этот пусть локти себе грызет и катится куда подальше. Согласилась передать ему долги с таким видом, что мне заранее стало его жалко. Пожелала нам хорошего отпуска и шоколадного загара на грядках.
Мы по очереди подержали на руках малышку с Кирой, посмотрели, как Уля её кормит грудью. Поиграли с Макаром, который повзрослел, так как стал старшим братом.
Повеселевшие, отправились за город к родителям Киры, подальше от семейства Шмидт. Восстанавливаться и зализывать раны.
Эдуард
Мало мне тяжелого процесса, так еще Алла нарисовалась на горизонте, обрывая телефон и оставляя мне сообщения у помощника в конторе. Как же было хорошо и тихо эти месяцы! Договорился встретиться с ней в кафе на нейтральной территории, вот только совсем не ожидал таких новостей.
— Ты станешь папой! — заявила она, выставляя для меня грудь и ноги, как только я сел за столик.
— Ты ничего не путаешь?
— Шестнадцать недель, папочка, — положила передо мной папку с разными записями и снимком УЗИ.
— Допустим, я поверил, что ты в положении. Что дальше? — закрыл папку и отодвинул от себя.
— Ты не рад? Ты ведь не оставишь ребенка без отца?
— То, что я его отец, надо доказать. Почему не сообщила сразу?
— Сама узнала уже на большом сроке. Пока осознала и приняла, попала в стационар на сохранение. Не по телефону же такие новости сообщать. Теперь все хорошо, только нервничать нельзя, — потянула она руку, накрывая мою, и фальшиво приторно улыбалась.
— Ты не против теста ДНК?
— Но мне нельзя нервничать.
— А ты не нервничай, расслабься, ты же уверена в результате. Работаешь?
— Да. Хочется уйти в декретный отпуск при должности.
— Я заеду за тобой вечером, после работы поедем в лабораторию. Откуда тебя забрать?
Она продиктовала адрес организации, в которой работала, и ушла, а я, как подбитый, поехал на работу. Сложный процесс убивал нервы и высасывал силы, спал я плохо без Одуванчика. Еще эта проблема нарисовалась! Где я так прокололся?
Вечером заехал за возможной матерью моего ребенка, и мы отправились в независимую генетическую лабораторию. По дороге она пыталась меня отвлечь: то ей дует от кондиционера, то душно без него. От её ерзаний юбка задралась, а пуговки на блузке расстегнулись до демонстрации белья, но мне было плевать, я ехал четко к своей цели, стиснув зубы.
— Выходим! — сообщил ей, как только остановились в кармане для парковки на одной из оживленных улиц города.
— Ты заставляешь меня нервничать, — промурлыкала она, наклоняясь.
— Алла, на выход!
Я вышел из салона, она засеменила на шпильках за мной ко входу.
Черт побери! Как же бесит эта неопределенность!
Еще и телефон зазвонил так не вовремя. Посмотрел на экран и тяжело вздохнул. Совсем забыл про свою невесту!
— Эльз, я занят! — ответил на вызов. — Решаю возникшие проблемы! Давай позже поговорим?
— Ты идешь? — подала голос Алла, поравнявшись со мной.
Черт побери!
— Помолчи! — сказал ей, прикрывая трубку.
Надеюсь, Одуванчик не услышала.
— Это не займет много времени. Я сдала экзамен, потеряла… и… тебя… в ближайшее время, — протараторила она.
Часть звуков утонула в уличном шуме, и она отключилась. Позже позвоню, приеду и залюблю.
Алла пересмотрела дешевых мелодрам, пыталась имитировать обморок и недомогание при виде медицинских работников. Но в итоге я вышел из лаборатории с полегчавшим кошельком и заверением, что мне доставят результат через семь дней. Еще бы, за такие деньги!
— Тебя подвезти? — предложил я Алле.
— Я на такси, — развернулась она и пошла к машине с шашечками.
Купил цветы и поехал к моей умнице-невесте. Мне не открыли. Дозвониться до нее не могу. Пришла мысль, что она у меня ждет. Помчался домой, но и там её не оказалось. Отправил букет в вазу, сделал еще две попытки дозвониться, принял душ, и лег спать, положив неподалеку телефон. Надо выспаться, эти семь дней станут самыми тяжелыми.
