Через мгновенье он протянул руку, на которую я смотрела с замиранием сердца. Не дожидаясь моего решения, он дернул меня на себя и обнял, заставив уткнуться в его пиджак. Сердце медленно умирало, а у меня по щекам не понятно, по какой причине, текли слезы. Я уже думала, что все они навсегда пропитали подушку, но нет. Это был сон. Сон, который не должен заканчиваться. Впервые за меня кто-то заступился. Не развернулся, не ушел, не бросил со словами: «Ваша семья, вы и разбирайтесь!».
Я так устала быть сильной. Терпеть все это, искать способы выжить, решать проблемы, бегать, как заведенной, давать отпор, ставить на место. Стоило меня обнять, и я превратилась в маленькую, слабую девочку, которая доверчиво прижалась к защитнику. Что со мной? Я же никогда такой не была?
— А ну быстро убрал от нее руки! Я — ее законный муж! — услышала я, чувствуя, как меня пытаются вырвать. Не отдавай меня. Прошу тебя. Руку сдернули с меня, а я услышала крики боли.
— Ну, и где они? Почему никто не бежит спасать ваш брак? — усмехнулся Дон, а я почувствовала, как в комнате стало так светло, словно экономия закончилась, а в дешевой люстре появились сразу пять лампочек! Мне казалось, я слышу пение откуда-то сверху. Знакомое и странное.
— Вот! — произнес красивый певучий голос, а я подняла голову вверх, видя слепящий свет.
— Свидетельство о браке! Браки свершаются на небесах!
Я чувствовала, как невидимая сила пытается вырвать меня, но мои руки вцепились изо всех сил. Меня держали, прижимая к себе, а пение задергалось заезженной пластинкой, пока мои ноги скользили в носках по дешевому ламинату.
— Хорошее дело браком не назовут! — заметил Дон, а сверху посыпались перья и раздались возмущенные крики. — Вам напомнить, кто теперь занимается любовью? Нам пора. Свадьба подождет.
Меня закинули на плечо, подняли мой новый телефон, который кто-то пытался разбить об стену, а потом спокойно потащили в машину. Я молчала. Мне было ужасно стыдно, поэтому я даже отвернулась, глядя, как вокруг нас сгущается туман. Машина выехала из тумана, а мне казалось, что он все еще стелется за нами. Мы стояли возле огромного почти сказочного замка, ворота которого были открыты. На стенах были вывешены бело-голубые флаги, а к входу тянулась вереница карет, изображая пробку. Мы подъехали, занимая свое место за чьей-то гербовой каретой. Очередь двигалась медленно, а на губах Дона появилась улыбка. Он положил руки на руль, изредка бросая на меня взгляд, сопровождаемый тяжким вздохом.
— Ваш герб? Без герба велено не пускать! Тут все благородные! — спросил стражник, а Дон нажатием кнопки опустил окно. К нам подсунулся старый писарь, с огромным рулоном бумаги и таким видом, словно еще недавно участвовал в посевной, причем исполняя обязанности коня.
— Вон, иди, на капоте перерисовывай, — мрачно усмехнулся Дон, когда стражники вместе с писарем пошли смотреть герб, перерисовывая его в какие-то бумаги.
— Вы с какой земли? — прищурился писарь, пока стражники осматривали наше чудо техники. Мне кажется, или он спросил это с интонацией «где вас откопали?».
И тут показался какой-то рыцарь, бегущий к нам с поднятым мечом и воинственными криками: «Чудовище!!! В замок вторглось чудовище!!!», а за ним, подобрав платье мчалась какая-то девушка с криками: «Айвен, успокойся! Это — не чудовище! Это я пригласила!».
— За честь! За королевство! Все в атаку!!! — орал местных Дон Кихот, а за ним мчалась уже не только девушка, но и целая орава таких же консервных банок!
— Айвэн!!! — верещала девушка, нагоняя любителя, судя по лицу Дона, очень жестких приключений. — Ты уже сегодня ходил в атаку! Даже подвиг совершил! Не надо! Прекрати! Это — машина!
— Машина????!!! Так вот кто похищает девушек! — истошно заорал рыцарь, издавая победный клич. — Машина!!! Сейчас ты за все ответишь, чудовище!!! За все свои злодеяния!!!
Я смотрела на Дона, который с тяжелым вздохом вышел, осторожно снимая часы. Ой, не нравится мне этот жест…
Рыцарь мчался на всех парах, а Дон молча стоял и ждал, когда герой приблизится на расстояние вытянутой руки. Я так понимаю, что основные мыслительные процессы полушария передали мозжечку, а сейчас делегируют их нижним полушариям, ибо на месте Дона стояло огромное рогатое чудовище.
— За принца Айвэна!!! — заорали рыцари, бросаясь на Дона. Некоторые, особо умные заорали «За принца!», но при этом честно выполнили обещание и спрятались за оного, предоставляя ему место для подвигов, а зрителям простор для фантазии.
То, что принц уже не мог остановиться, стало понятно всем, включая отряд моральной и оральной поддержки, слегка сбавивший шаг, но при этом крича в два раза громче обычного. Если на месте воздуха представить полчища врагов, то это выглядело бы очень героически, даже если учесть, что принц уже висит в воздухе на огромной вытянутой лапе, вереща что — то про честь, славу и королевский род.
