— Нет, в Уэппинге. Но Нортфлит я тоже хорошо знаю. И Грейвзэнд. Вы там бывали?
— Никогда, — с чувством произнес старик, — никогда.
— По-моему, неплохое местечко, — разошелся Генри. — Мне он нравится больше, чем Уэппинг. Мы оттуда вот уже скоро год как ходим. Шкиперу нашему оно тоже нравится. Он неровно дышит к одной девушке, которая там в школе учительницей.
— В какой школе? — спросил старик.
Юнга усмехнулся.
— Ну да что вам рассказывать, раз вы там не бывали, — охотно ответил Генри. — Это школа для девочек.
— Я раньше знал человека, который там жил, — медленно и осторожно проговорил старик. — А как ее зовут?
— Позабыл, — выдал юнга и зевнул.
Разговор не клеился, и двое сидели, безучастно наблюдая за последними детьми, медленно бредущими по песку в сторону дома. Солнце село, и воздух стал прохладным.
— Ну, я пошел домой, — объявил старик. — Доброй ночи, приятель.
— И вам доброй ночи, — ответил воспитанный Генри.
Он наблюдал за крепкой фигурой старика, когда тот медленно поднимался по ступеням, и, дав ему немного отойти, осторожно последовал за ним. Он шел за ним по лестнице и вдоль обрыва, а фигура впереди не останавливалась, пока не достигла маленького двора у конюшни; затем, не обращая внимания на юркую тень, которая теперь была совсем рядом, он толкнул дверь маленького грязного дома и вошел внутрь. Тень подкралась и остановилась в нерешительности, а затем, внимательно осмотрев место, бесшумно и быстро скрылась.
Тень помчалась, пританцовывая на ходу, по самой короткой дороге в Сторвик и, вприпрыжку влетев на шхуну, подбежала к повару сзади и что есть мочи хлопнула его по спине. Прежде чем тот успел обернуться, Генри подскочил к Сэму и, охватив, насколько мог, обеими руками талию доблестного моряка, тщетно пытался сдвинуть его с места и пуститься с ним в дикий пляс.
— Рехнулся, что ли, — сердито буркнул Сэм, стряхнув с себя юнгу и смерив его недовольным взглядом. — Ты чего, паренек?
— Ничего! — восторженно крикнул Генри. — Все хорошо!
— Еще яблок отыскал? — с ехидной улыбкой спросил повар.
— Каких еще яблок, — горячо запротестовал Генри. — У вас в голове больше одной мысли за раз не помещается. Где шкипер? Я должен сообщить ему что-то важное… от чего он сам, быть может, затанцует.
— А что? — в один голос спросили Сэм и кок, даже побледнев.
— Да не волнуйтесь вы так, — протянул Генри и предостерегающе поднял руку. — Тебе, Сэм, это вредно потому, что ты толстый, а у кока голова очень слабая. Скоро сами все узнаете.
Он прошел на корму, оставив их беспокойно переговариваться о причине своего ликования, и, поспешно спустившись по трапу, шумно ворвался в каюту и оглядел шкипера и штурмана с улыбкой, которая, по его замыслу, должна была сама говорить за себя. Оба удивленно переглянулись, а шкипер, явно не в духе, привстал с места.
— Ты где болтался, негодный мальчишка? — строго спросил он.
— Да так, осматривался, — сказал Генри, еще больше улыбаясь при мысли о перемене, которая произойдет в шкипере, когда он сообщит ему новость.
— Вот уже второй раз ты так пропадаешь, — свирепо рявкнул шкипер. — Уж не устроить ли тебе хорошую взбучку, чтоб ты на всю жизнь запомнил!
— Ладно, — произнес слегка обескураженный Генри. — Когда…
— А ну не перебивай, поганый бездельник, — строго крикнул шкипер. — Марш спать!
— Я хотел… — начал Генри, пораженный этим приказом.
— Спать! — повторил шкипер, вставая.
— Спать? — переспросил Генри, и лицо его вытянулось. — Спать в семь часов?
— Ну уж я тебе покажу, — пригрозил шкипер и оглянулся на только что спустившегося повара. — Кок!
— Да, сэр, — бодро ответил повар.
— Уложи этого мальчишку в кровать, — приказал он, — и немедленно!
— Есть, сэр! — произнес повар с ухмылкой. — Пойдем, Энери.
С надменной миной, которая при других обстоятельствах могла бы произвести немалое впечатление, бедный Генри последовал за коком, бросив последний умоляющий взгляд на шкипера.
— Надо его спать уложить, — сообщил повар Сэму и Дику, которые стояли рядом. — Озорничает он.
— А кто велел? — живо спросил Дик.
— Шкипер, — ответил повар. — Он велел нам уложить его в кроватку.
— Не беспокойтесь, — сухо проговорил Генри, — я сам лягу.
— Какое же это беспокойство? — елейно заметил Сэм.
— Это удовольствие! — искренно подтвердил Дик.
У трапа Генри остановился и с непринужденным видом, именно что видом, зевнул и оглядел ночной город.
— Пора баиньки, — укоризненно бросил Сэм и, схватив его своими толстыми ручищами, поднял и передал ногами вперед повару, за что тот и поплатился.
— Надо бы его выкупать сначала, — проговорил Сэм, взяв руководство на себя. — Понедельник же сегодня, надо ему надеть чистую ночную рубашечку.
— А постелька его готова? — заботливо осведомился повар.
— Постелька в порядке, — доложил Дик и похлопал по одеялу.
— Уж мы его сегодня купать не будем, — рассудил Сэм, обвязывая себе вокруг пояса полотенце вместо передника. — Слишком это долго. Ну, Энери, иди ко мне на ручки!
