Внутри ее бушевал ураган эмоций, который она была не в силах подавить. Как воевать с ним, если он прав? Если тело на самом деле предало ее? Если каждый раз, стоит только Эрику коснуться ее или даже просто посмотреть, внутри ее зарождается страсть, успокоить которую способен только он?
— Откуда такая уверенность в том, что все это только для тебя? — только после того, как злополучные слова сорвались с губ, она поняла, что натворила, но было уже поздно. Глаза его сверкали голубыми льдинками.
— Я же просил не обманывать меня, малыш, — губы его стремительно обрушились на нее, жестоко сминая, не оставляя сил для сопротивления.
Стук в дверь спас ее от яростного натиска Эрика. Оторвавшись от губ Сандры, он уткнулся лицом ей в шею, тихо застонав от разочарования, пытаясь придти в себя от бурлящей внутри страсти. Пальцы, слегка касаясь, поглаживали ее щеку, вызывая в ней горячую волну, поднимающуюся от шеи наверх к лицу. Дыхание обоих сбилось, сердца бились в едином ритме.
В дверь снова постучали. Пересиливая себя, Эрик заставил свое тело отодвинуться от ее теплого, желанного, манящего своей мягкостью. Встал с дивана и отошел от нее подальше от соблазна.
— Войдите! — дождавшись, пока в двери показался Шорм, он прорычал, — только посмей мне не доказать важность той причины, по которой ты сюда заявился.
— Хмм, да я не вовремя, — насмешливо кивнул тот, взирая на открывшуюся перед ним картину. — А ведь оставил наедине всего ничего, буквально на полчаса. Ночи не хватило? Тренируешь силу воли, Эрик?
— Ты что-то хотел?
— Грэгори здесь. Скоро выезжаем.
— Мы сейчас идем, — взгляд Эрика остановился на ней, искорки желания все еще плавали в его сильно вытянутых зрачках насыщенного ярко голубого цвета. — Пусть подождет в кабинете.
— Хорошо, — дверь за ним мягко закрылась, оставляя их наедине.
Некоторое время Эрик молча, наблюдал за ее ерзаньем на диване. Сандра также не спешила первой прерывать тишину, окутавшую комнату. Губы припухли, щеки наверняка раскраснелись, выдавая ее состояние, но девушка не решилась проверять это. Она настороженно следила за действиями Эрика, и стоило ему направиться к ней, напряженно замерла, готовая к отпору. Присев перед ней на колени, он властно погладил ее ноги, слегка сжимая их.
— Не смей обращаться к Слэру, — и уже намного тише, подавшись вперед, — не лишай меня этого наслаждения.
Сандра смотрела ему в глаза, горящие неестественной голубизной, не в силах отвести свои, язык прилип к небу, не давая ответить. Пришлось прочистить горло, прежде чем она смогла хоть что-то выдавить из себя.
— Я… я подумаю.
Зрачки вспыхнули еще ярче, но через мгновение губы его разъехались в чувственной, завлекающей улыбке, разбивающей вдребезги все ее самообладание, которое сохранилось еще внутри девушки. Завершающим аккордом стали пальцы, поглаживающие под коленками нежную мягкую кожу, заставляя трепетать все ее тело и терять голову от нахлынувших приятных ощущений, возбуждающих все ее нутро.
— Хорошо, милая. Только я боюсь, что у Слэра не будет времени для того, чтобы учить тебя, а голос такой довольный, отдающий хрипотцой. Это ее и отрезвило, взгляд застыл на нем, немного прояснившись.
— И что же ты придумаешь?
— Правду. Только правду, — хмыкнул Эрик, наслаждаясь сосредоточенно-хмурым выражением лица своей Избранной. — У него учеба, друзья. Не думаю, что ты захочешь отрывать Слэра от радостей жизни его юности.
— И у Шорма также найдутся какие-нибудь причины? — усмехнулась Сандра, заранее зная ответ. Какой же он собственник.
— Кайла очень ревнива. Жуткая собственница, — радостно заявил он.
— Ясно, — Сандра поднялась, отходя от него подальше, и только когда между ними появилась преграда в виде стола со стеклянной поверхностью и второго дивана, на котором еще недавно сидел Шорм, насмешливо продолжила. — И ты самоотверженно предлагаешь мне свою помощь?
— Ммм, — глаза его хищно следили за ее передвижением, разгадывая ее маневры с преградами.
Вот только Эрик не спешил следовать за ней. Зачем пугать ее еще сильнее? Он видел, в каких растрепанных чувствах была Сандра, и не стремился усугублять ситуацию. К тому же, это ее успокаивало, вселяя уверенности. О том, что диван и стол явно не могут служить ей хоть какой-то преградой между ними, лучше не говорить. Для общего блага.
— Хорошо, — легко согласилась она, дождалась его откровенно довольной улыбки, когда он поднялся с пола и засунул руки в карманы джинсов, и только после этого выдвинула свое единственное и, по сути, главное 'но', - только у меня одно требование.
Эрик напряженно замер, зрачки задумчиво мерцали, рассматривая ее. Сандра с трудом сдержалась, чтобы не отвести глаз от его лица, застывшего маской. Торгуемся? Интересный ультиматум. Ладно.
— Какое требование?
Прежде чем продолжит, Сандра сложила руки на груди, стараясь добавить себе уверенности, и твердо произнесла:
— Никаких поползновений во время занятий.
Вот как. И как после такого объяснять ей, что он и не думал о таком исходе? Что его предложение было вполне искренним, без всяких намеков на особые привилегии в отношении его прав?