Конечно, некоторых воинов дома, в коридорах, ожидали женщины, умевшие найти полезное применение всем тем ценным вещам, которыми изобиловало это место. Но во время вылазки их не было рядом. Женщины являлись хранительницами жизни, истории и накопленных знаний. А магические ритуалы, которыми они владели, представляли собой самое дорогое достояние племени, которое наполняло их гордостью и чувством собственного достоинства. Женщинам категорически запрещалось участвовать в любом предприятии, в котором могли быть задействованы менее ценные для общества мужчины. И они никогда не выходили на территорию Чудовищ.
И все же, если верить дяде, его мать отважилась на это…
Эрик достиг огромного сооружения — предмета мебели Чудовищ — и свернул налево вдоль него. Может быть, встреченные им во время Кражи Чужаки вое еще оставались там? Тогда ему удастся предупредить их о происшедшем в пещерах, и, возможно, они позволят ему остаться с ними. Даже компания женоподобных, болтливых и разряженных Чужаков лучше, чем полное одиночество.
Перед тем как свернуть в темный проход, ведущий в глубь строения, Эрик помедлил. Он мчался так, как его учили бегать по территории Чудовищ: «Не смотри вверх, никогда не поднимай глаз». Однако во время своей Кражи он уже однажды взглянул вверх и остался жив. Что стоило все то, чему его учили?
Поэтому он нарочно остановился у входа. Убедившись, что Чудовищ поблизости нет, он вызывающе подбоченился, повернулся и принялся рассматривать гигантскую пещеру. Действительно, при первом взгляде она производила подавляющее впечатление. Но ко всему привыкаешь, ко всему. По прошествии должного времени, несомненно, и эти грандиозные мешки и контейнеры, и эти стены, поднимающиеся на такую высоту, что ломит шею, когда пытаешься разглядеть их верхние пределы, — все это станет настолько же привычным, как узкие складские коридоры Человечества, забитые всяким хламом.
«Нет такого, к чему невозможно привыкнуть, — сказал себе Эрик. — Надо только отчетливо представлять себе, что это».
С открытыми глазами. Смело глядя на все. Самостоятельно делал выводы на основе собственных наблюдений. Тогда он и станет Эриком-Оком.
И осторожно он вошел внутрь строения. Если Чужаки оставались все еще там, они могли ожидать нападения. Им ничего не стоило сначала пронзить его копьем, а потом поинтересоваться о причинах его появления. Несомненно, Артур-Организатор должен был выставить охрану, если он в курсе происходящего в коридорах.
А часовые не станут разбираться.
Но Эрик не встретил никаких часовых. А вот звук голосов начал долетать до него, как только он, согнувшись, вошел в низкий туннель А когда он повернул вправо, миновав развилку, этот звук еще больше усилился. Приблизившись к большой квадратной нише, он уже знал, что там увидит: десятки Чужаков с ранениями разной степени серьезности спорили, переговаривались и размахивали руками. Множество налобных ламп создавало невероятно яркую иллюминацию.
Представшее глазам напоминало последствия грандиозного нападения на целое племя. Здесь были войны с незначительными ранами и уже затянувшимися царапинами; были и тяжелораненые с поврежденными конечностями, которые, отчаянно хромал, пытались получить хоть какую-то помощь; были и умирающие, которые или сами, или с помощью друзей доползли до этого относительно безопасного места и теперь, забытые всеми, лежали вдоль стен, уходя все дальше и дальше от действительности, пока над ними не смыкалась безжалостная твердь смерти.
И все — все, кто оставался в здравом уме, — пытались перекричать друг друга.
Воины с относительно легкими ранениями, собравшиеся вокруг Вальтера Охотника за Оружием и Артура-Организатора в дальнем конце пещеры, наперебой пытались поведать о собственных приключениях и критиковали поведение остальных. Тяжелораненые, которые не могли присоединиться к общей толпе, стояли в стороне или сидели на полу по двое, по трое и обсуждали недостатки плана Вальтера и неумелое руководство Артура, оказавшееся причиной их поражения. Даже умирающие рассказывали холодным камням о своих злоключениях и на последнем дыхании излагали свой план действий, который привел бы к более удачным результатам.
«В каком-то смысле, — подумал Эрик, — мое первое впечатление правильное. Это целое племя, приходящее в себя после битвы. Передо мной приверженцы Чуждой Науки после того, как другие обитатели коридоров нанесли им поражение и изгнали их прочь».
Но кем бы они ни были, теперь это его племя. Они единственные, на кого он может рассчитывать.
Эрик передернул плечами и вошел в шумную нишу.
Один из воинов в толпе повернулся и посмотрел на него. Лицо его расплылось в улыбке.
— Эрик! — послышался голос. — Эй, Эрик!
Этот воин возвышался над всеми остальными. Волосы его свободно ниспадали на плечи и не были перехвачены сзади тесемкой по моде Чужаков. Это оказался воин Человечества.
В неистовой радости они начали проталкиваться друг к другу сквозь толпу жестикулирующих спорщиков, и два луча от их налобных ламп соединились в одну прямую линию, когда они встретились глазами.
