Акая не зря позвали на охоту. Он с самого начала знал, что эта ловушка, но пошел. Полный идиот.
Если не будет Акая, мне тоже настанет конец. После всего того, что я сделала — жизни в деревне мне больше нет. Кажется, я сама оказалась той ещё дурой.
С дрожащим от холода телом, я легла на кровать и тихо закрыла глаза.
Меня больше ничего не волновало, а часть души словно и вовсе умерла.
Я просто уснула.
Может мне повезёт и меня сожрет тиран? Тогда больше не останется никаких проблем.
Чуда не случилось.
Никто меня не съел и в доме я тоже была одна.
В голове быстро пронеслось то, что случилось вчера. Охота, феномен и возращение охотников без Акая.
Я хотела съесть пригоршню съедобной коры, но кусок в горло не лез. В доме осталось много мяса и можно прожить ещё как минимум неделю.
Взгляд уперся в окно.
На улице серые тучи уже застилали небо. Звуки отдаленного грома и шум травы на ветру переплетались вместе.
— Хахаха, говорю вам, Акая больше нет! Карл мне сам сказал! — Чей-то смех и голос раздался где-то рядом.
Выйдя на улицу, я увидела, как в мою сторону идёт большая компанию людей.
Там были две женщины и трое парней.
Это были те самые молодые охотники которых избил Акай и две женщины которые задела я.
— Смотрите, а вон та сука! — Закричала Сара.
Ко мне подошел молодой охотник.
Удар в грудь выбил весь воздух из лёгких.
— Хахаха, получила сука?! — Смеясь Рэй с размаху зарядила мне по голове. — Акая больше нет! Теперь не такая крутая, да?!
Стоя надо мной, я получала град ударов от Рэй и Сары. Они не скупились и даже обливаясь потом продолжали бить ногами.
Что было сил, я старалась прикрыть лицо и как можно сильнее протянула ноги к туловищу.
В это же время двое парней ушли в дом.
— Ну что тварь, скажешь что-нибудь?!
— Сука!
Я уже едва могла слышать их голоса. С каждым ударом дышать становилось тяжелее.
— Эй, вы! Вы там идёте?!
— Сейчас. Дай нам веревку.
Сознание держалась на последних крохах. Тело настолько онемело, что больше не чувствовало боли и конечностей. Я не могла пошевелить ничем, оставаясь просто кровавым мешком с побитыми костями.
Как только меня вдруг вздернули вверх, потащив куда-то по земле за волосы, я наконец потеряла сознание.
Не знаю сколько прошло времени, но, когда холодная вода уже полностью залила меня, я наконец с трудом смогла едва приоткрыть один глаз.
Пару раз я едва снова не провалилась в забытье.
Все тело ужасно болело. Слезы невольно начали катиться с глаз, но быстро смывались дождём.
Вокруг была темнота и потребовалось время, чтобы хоть что-то разглядеть.
Я была в лесу.
Не знаю почему ещё жива, но теперь, посреди ночи, я в лесу полным монстров.
Попытавшись сквозь боль пошевелиться, я почувствовала, что меня что-то сдавливает.
Чуть опустив голову, я увидела, как верёвка крепко обвивает тело.
Меня привязали к дереву и бросили умирать. Не знаю сколько прошло времени, но очень скоро придут тираны. Такой сочный кусок мяса, который не может сопротивляться никто не упустит. Даже те люди из деревни, не упустили бы.
Мне было так больно, что больше ничего не хотелось.
Закрыв глаза, я просто стала ждать гибели.
Почему-то вспомнился тот день, когда Акай лично пошёл за едой.
Я наблюдала за тем, как он с саркастичной ухмылкой избил двоих сильных мужчин.
С особой жестокостью он вбил лицо человека в огонь.
Когда всё закончилось, он лишь сказал мне: «Пошли».
Мельком я смотрела на его лицо, но не смогла разобрать на нем какие-то определённые эмоции. А ведь охотники не оставят это так просто. Я хотела сказать ему об этом, когда Акай внезапно остановился и свернул в закуток, между двумя домами.
Он присел перед моим знакомым. Это оказался умирающий Рорих. Раньше этот человек был охотником. Я была ещё совсем маленькая, когда на охоте Рорих повредил ногу и лидер исключил его из отряда.
Наклонившись поближе к Рориху, Акай что-то сказал ему, а затем встал и продолжил идти.
Был ли смысл Акаю подходить к этому умирающему? Что он сказал ему? Акай казалось увидел что-то интересное в Рорихе.
Тогда мне стало любопытное, и я решила спросить.
Акай обернулся ко мне.
«Один человек умирал точно также. Даже последние слова были похожи, разве, что тот человек напоследок ещё и ехидно хихикал».
Акай ответил мне и в этот момент на его лице появилась не улыбка, но самый настоящий оскал. На миг я пошатнулась. Такая улыбка не могла быть на лице человека. Казалось, я увидела самого настоящего сумасшедшего, и я действительно испугалась, ведь в этот момент его лицо искривилось в ужасной гримасе. Такое чувство, что на лице Акая возникло сразу несколько выражений, будто изображая сразу несколько эмоций одновременно. Даже его слова звучали будто разными голосами.
Я едва смогла взять себя в руки и не убежать.
Чем больше находилась рядом с ним, тем меньше понимала.
Отец часто рассказывал мне о том мире. Но те рассказы никак не вписывается в то, что показывал мне Акай. Этот человек казалось знал, что делает и идёт в определённое место.
Мысли ушли куда-то далеко.
