Я побежала в сторону ямы. Недалеко от того места, под землей, были спрятаны мои припасы. Забрав их, я убегу в горы. Другого места просто больше нет. Скорее всего там я и встречу свою смерть. Даже деревни больше нет, что мне ещё остаётся? Мне и самой не понятно почему я ещё цепляюсь за свою жизнь.
Со всех сторон мелькали деревья и вскоре, мне наконец показался свет.
Боль и жар становились всё сильнее, а кашель окончательно разодрал глотку, но я продолжала бежать изо всех сил.
Только выбежав из леса, я замерла на месте.
Солнечные лучи мягко падали мне на лицо, а блики от кристально чистой воды немного ослепляли.
— Что за… Чёрт…
Я вернулась к реке. Этого не могло быть. В сердце нарастала паника.
Не глядя куда, я бросилась прочь. Деревья вновь замелькали, но уже спустя пару минут передо мной вновь появилась злосчастная река.
Я хотела сделать шаг назад, но оступилась и упала.
Холодная вода, вместо того, чтобы доставлять дискомфорт казалось начала согревать мои раны, принося немыслимое удовольствие. Голова тот же час избавилась от мучавшей её боли, а мысли немного прояснились.
«Феномен». — В тот же момент быстро пришел ответ.
Тревоги испарились, и я наконец поняла, что происходит.
Это феномен не даёт мне выбраться из этого места. Но придётся найти выход… Ведь из любого феномена должен быть выход, верно?
Всё будет хорошо. Я обязательно выберусь и выживу.
А ведь раньше, я хотела умереть… Разве я просто не врала самой себе? На самом деле я очень хочу жить.
Вынырнув из воды, я взобралась на берег.
— Ан, осторожнее. Ты ведь можешь простудиться.
Тело замерло, когда я услышала этот голос. Голос, которого не могло быть здесь.
Очень медленно я обернулась.
Женщина в простой серой одежде, с заплетёнными в косу волосами и маленькими чертами лица… Она стояла передо мной с улыбкой на лице.
— Ма…ма…
— Ан, я ведь говорила тебе не убегать далеко. Папа будет переживать. — С улыбкой сказала она. С той улыбкой, что я так часто видела.
Сорвавшись с места, я бросилась к ней в объятия. Тепло её рук и тела, окутало меня, а слезы потекли из глаз.
— Мама! — Мой голос сорвался на крик. — Мама! Мама! Я так рада!
Я уткнулась лицом в её грудь, а слёзы пропитали мамины серые одежды.
— Ну, ну, ты ведь уже взрослая девочка. — Она похлопала меня по голове.
— Это ведь не сон?
Я подняла голову, но слова, что собирались вырвать из горла так и не были сказаны.
— О чем ты говоришь? Конечно это не сон…
Улыбка на лице мамы была всё той же, но лицо полностью поменялось. Бесчувственные глаза, в которых не осталось жизни… бледное лицо на котором проглядывались засохшие дорожки слез и большой синяк на щеке… Такой же синяк, когда тебя избивают, пока ты лежишь под мужчиной и тебя насилуют, а ты не в силах сопротивляться. Вот что за лицо было у моей матери.
Именно это лицо я видела в том доме, прямо перед тем как мою мать выбросили проснувшиеся.
— Что такое, Ан? — Улыбка на обезображенном лице, стала ещё шире, ненормально шире. — Увидела свою маму? Разве ты не узнаёшь меня? Ты что не можешь признать, что я твоя мать? Ты же смотрела на меня, да? Мелкая тварь. Ты была там, но не помогла, ты просто смотрела, а сейчас строишь из себя невинную. Та ещё сука! Я всю жизнь сожалела о том, что родила тебя!
— Н…нет
Я хотела что-то сказать, но не смогла.
— Согласен. Всю жизнь не мог смириться, что она моя дочь.
Моя голова повернулась в сторону ещё одного голоса.
Там стоял мой отец. Его лице было бледным. Чуть ниже, на месте его живота, я видела кровавую дыру, из которой вываливались внутренности. Его будто бы звери разорвали…
— Сука, что позволила убить собственную мать!
— Отродье, позволившее умереть своему отцу.
Их голоса перекликались, давя на меня. Не выдержав я свалилась на землю, закрывая уши, но из голоса продолжали звучать прямо у меня в голове.
— Да ладно вам. Это девочка ведь ни в чём не виновата.
Юный голос… Голос парня, которого я точно не ожидала услышать. Того самого, кто умер на охоте. Его голос был как всегда спокоен, будто безразличный, но дарил уверенность.
— Эта девочка просто родилась такой. Не стоит винить монстра за его острые клики. Эта сука просто не могла быть хорошей. Позволила умереть матери и отцу и даже человек, что был с ней добр, в конце концов умер по её вине. Она даже не остановила меня! Эта девушка просто жадная до всего сука.
Голос Акая был насмешлив, но за ним чувствовалось полное безразличие.
На руинах деревни, держась за окровавленный висок стоял Саил, глядя куда-то в сторону ямы.
— Вот идиотка.
Сжимая в руках нож, Саил медленно подходил к Анне. В нем закипал гнев, который срочно требовал выхода.
Подойдя чуть поближе, он увидел перед собой распластавшуюся на земле служанку. Она была вся в разодранной одежде, а на лице проглядывались страдания.
— Бежала вперёд и попала в феномен.
