– Потому что грабители выглядели нелепо и неуклюже, я все ждал, когда кто-нибудь из них сам себя пристрелит. Не случилось, но сомневаюсь, что они долго на свободе протянут.
– Но синяк Макару Александровичу все-таки поставили, – съязвил Март.
Я приложила ладошку к груди:
– Где твой такт, дорогой брат? Мы не можем быть родственниками, нет! – но глаза мои смеялись и Март это видел.
– Ничего страшного, Сентябрина, – Макар положил ладонь на мою, что не укрылось от внимания родителей, они довольно переглянулись.
– Евгеньевна, я же просила, – нахмурилась я, борясь с желанием воткнуть вилку в чужую руку. Можно было сделать, конечно, да вот только что-то подсказывало: Макар успеет удрать свою конечность и в итоге пострадает моя. Драгоценная. Так что – никаких вилок, по крайней мере, не сейчас.
– Точно, Евгеньевна.
– Макар отважно пытался остановить их, – порадовал отец, глядя при этом на меня. Я же едва со стула не свалилась от такого заявления. Покраснела от злости – так уж точно. И этот нахальный обманщик – мой близкий родственник? Пытается выставить трусливого дружка в лучшем свете.
– Евгений Олегович, прошу, не преувеличивайте.
– Говорю как есть.
– Да ладно, не смущайтесь, уверена, вы весьма отважно подставили лицо под кулак грабителя. Это тоже не каждому под силу, знаете ли, – улыбнулась я.
– Хорошо, что удар у неизвестного оказался слабый.
– Или вы потеряли сознание от страха еще до этого, я читала, что так бывает с особо пугливыми людьми, – меня несло и я не могла остановиться.
– Давайте отвлечемся от моего героизма.
– Вот именно, Женя, ты вообще можешь толково объяснить…
Под маминым напором папуле пришлось рассказать все до мельчайших подробностей, только про стрельбу он умолчал. Зато не скупился на оскорбления и обозвал нас с Ромкой клоунами недоделанными. Макар добавил, что умом они не отличались, смотря при этом почему-то на меня. В отместку за его нелестное высказывание в наш с Ромочкой адрес я «случайно» пролила на него бокал красного вина, и не чуть-чуть, а весь целиком, даже последние капли вытряхнула. Хотела плеснуть в физиономию, но тогда бы все догадались, что я нарочно, а так хоть костюм испортила.
– Боже мой, вы такой неловкий! – заявила я после аварии с вином.
– Это я неловкий?
– Само собой, задели мой локоть… повезло еще, что на мое платье не попало!
– Сентябрина! – охнула маман.
– Макар, идем, я дам тебе чистую рубашку, – вздохнул папа. Такое случалось уже не в первый раз, папа привык.
Мужчины удалились, а я пожала плечами.
– Что-то сегодня скучно, – заявил Март. – Ты будто сама не своя, сестрица.
– Мамуль, время уже почти десять, разве Марту не пора сменить подгузники?
– Тебе что, пять лет?
– Мне нет, а тебе?
– Дети, хватит! – взмолилась мама.
– Март! Сентябрина! В конце концов, у нас сегодня гости…
– Нежеланные!
В разгар перепалки вернулся папа и пригласил меня к кабинет. Для разговора, что бы это ни значило. Мои глаза полезли на лоб, когда мы зашли в кабинет и я увидела поджидающего там Макара. Это не к добру. Неужто речь про ограбление? Быть не может… судорожно перебирая варианты, я с царским видом устроилась на диване. Паника паникой, а терять лицо – признак слабости. И отсутствия актерского дара, а у меня с этим все хорошо.
– Хотел поговорить с тобой завтра, но решил не откладывать, – заявил папа, устраиваясь за письменным столом.
– Конечно. А Макар Александрович тут вместо мебели?
– Макар Александрович тут в роли моего доверенного лица. Я вынужден отлучиться на довольно долгий срок, в Москве требуется мое присутствие. За делами должен кто-то приглядывать, информировать меня обо всем.
– И Макар Александрович…
– Как раз этим и займется, – заключил папа.
Я честно пыталась переварить информацию и сохранить при этом лицо.
– Во-первых, я уже решил. – продолжил шокировать отец. – Признаюсь, сначала я хотел доверить все тебе, но ты слишком молода и слишком отвлечена, с давлением не справишься. А меня долго не будет, командировка грозит затянуться, сама знаешь, в какой долгострой могут превращаться самые обычные строительные контракты, да и вообще…
– Да и вообще, лучше оставить жулика, а не собственную дочь? Папа, ты в своем уме? Лучше уж Марта бы у руля оставил, честное слово.
Мое возмущение быстро переросло в панику. Конечно, в последнее время я часто игнорировала отцовские призывы заняться делами, но такого наказания уж точно не заслужила.
– Выбирай выражения. Макар Александрович будет приглядывать не только за делами, но и за тобой. Будет докладывать мне о твоем участии… или безучастии.
Я перевела тяжелый взгляд на Макара. Тот противно скалился.
– Лучше не улыбайся, уж я выведу тебя на чистую воду, жулик, – пообещала я.
– Где же ваши манеры, Сентябрина Евгеньевна?
– Сентябрина, довольно, – поморщился отец. – Хватит устраивать балаган. И ты еще хочешь, чтобы я оставил у дел тебя? Ты даже приличных людей заставляешь вести себя как пятилеток.
– Я не в ответе за чужое поведение.
– Сентябрина!
