Горло Миллы судорожно сжалось. Она надеялась, что не было никакого хищника, животного или человека, способного соблазнить мальчика покинуть безопасный задний двор.
- Спасибо, - сказала Милла.
- Это Милла. Как звучит полное имя Макса?
- Попался, - сказал Диас, крепко придерживая ребенка одной рукой, а другой убирая нож в ботинок; затем он выбрался из-под грузовика и вытащил Макса.
- Я поеду с тобой. Я хорошо знаю эту местность.
У него была привычка не сразу отвечать на заданный вопрос. Он всегда делал паузу в пару секунд, словно взвешивая в уме и вопрос, и возможные ответы на него. Эти его паузы даже немного раздражали.
- Бакстер, - ответил Брайан.
- Это ваше настоящее имя?
Женщина выхватила сына из рук Диаса, сжала в объятьях и принялась целовать с ног до головы, везде, где только могла дотянуться. Она одновременно плакала, смеялась и ругала малыша, а Макс пытался рассказать ей о котенке, и о человеке с большим ножом, который освободил его, а также о том, что он не разговаривал с незнакомыми людьми, как его и учили.
Профиль Диаса был жестким и немного мрачным. Его челюсть была все еще покрыта щетиной, а губы плотно сжаты, как будто ничего в этом мире его не радовало. Возможно, в его жизни и не было ничего, способного доставить настоящую радость, подумала Милла. Радость могла исходить только от других людей, от близкого общения с ними, а Диас по жизни был одиночкой. Вот и сейчас, он сидел рядом с Миллой, но она чувствовала, что он отстранен, и мыслями находится где-то очень далеко.
- Лучшее на свете.
- А зачем вы звонили? - заговорила, наконец, Милла, так как он явно не стремился поддержать вежливую беседу.
- Я встречу их в доме мальчика, - сказала Милла и закончила разговор.
Макс кивнул, и Диас ответил:
- Я собиралась вернуться в офис.
- Забинтуй руку, не стоит загрязнять след запахом крови.
- Но я найду его, рано или поздно, - продолжил он, и Милла вздохнула от облегчения.
- Ты так и не дождалась этого момента.
- Нет, и я также просила Джоан никому о вас не рассказывать.
- Как в таком случае мне вас называть? – спросила Милла, - если хотите сохранить свое имя в тайне, я не могу звать вас Диасом.
- Так куда мы едем?
Улица, где жил пропавший мальчик, была забита автомобилями, как частными, так и полицейскими. Люди шли по обеим ее сторонам и выкрикивали имя ребенка. Группа из нескольких человек стояла перед домом, и Милла увидела, как обезумевшая от горя молодая женщина рыдает, уткнувшись в плечо женщине постарше. Ее живот судорожно сжался. Когда-то она тоже была на месте этой матери. И неважно, сколько прошло времени с момента ее личной трагедии, и то, что дети почти всегда рано или поздно находились в целости и сохранности. Все равно, каждый раз, когда девушка видела рыдающую мать, она на несколько секунд возвращалась в то ужасное утро и слышала последний крик своего ребенка.
Диас сказал дрогнувшим голосом:
- Я хочу, чтобы вы прочесали местность от заднего двора и до горы.
Репортер уехал, Милла уселась в автомобиль, завела двигатель и осмотрелась в поисках Диаса. Он вновь появился около машины, будто из-под земли и устроился на соседнем сидении. Они выехали с места парковки и помчались по улице.
- Обычно я так и делаю, - объяснила она, пытаясь вставить ключ в замок. Руки ее слегка дрожали, и открыть машину получилось только со второй попытки. Мысленно Милла поклялась, что следующий автомобиль, который она себе купит, будет с устройством дистанционного отпирания замков. Ей все-таки удалось открыть дверь, и тогда она сказала:
- Да. Но не переживай так, он обязательно объявится. Ты кому-нибудь рассказывала обо мне?
- Мама не разрешает мне разговаривать с незнакомцами.
Бейсболка и темные очки завершили ее наряд, и Милла рассовала по карманам необходимые для поиска предметы: портативную радиостанцию, свисток, бутылку воды, упаковку бинтов и пакетик жевательной резинки. Свисток был нужен для того, чтобы привлечь внимание спасателей в том случае, если вдруг откажет рация, а все остальное предназначалось для потерявшегося малыша. Возможно, он ранен и нуждается в перевязке, и без сомнения очень хочет пить. Милла никогда не позволяла себе думать, что помощь может опоздать.
Все медленно возвращались к дому малыша. Девушка переговорила со своими людьми, и они расселись по своим машинам. Она тоже шла к своему автомобилю, когда ее остановил телевизионный репортер и попросил дать интервью. Милла передала лучшие пожелания Максу и его семье, похвалила действия полиции Эль-Пасо, сообщила, как можно в случае надобности связаться с Искателями и кратко рассказала о том, как Макс оказался под грузовиком и почему не смог выбраться сам. Она заметила, что Диас куда-то исчез, и не стала упоминать о нем в интервью. Вот уж чего он точно не хотел бы, так это того, чтобы его лицо мелькало во всех телевизорах штата.
