Ожидание прошло тихо и спокойно и вот через двадцать пять минут, после того, как Воронов удобно устроился на мягком кресле приёмной, его вызвал Император.
— Ваше Императорское Величество, — низко поклонился Максим Владимирович, Императору Павлу.
— Добрый день, Воронов, прошу, проходите, располагайтесь, и давайте сейчас по имени отчеству, вы ведь прибыли не о государственных делах разговаривать, — Павел даже не встал со своего рабочего места, что бы поприветствовать гостя.
— Как вам будет угодно, Павел Владимирович, — выгибаясь из поклона, проговорил Воронов.
— И переходи сразу к сути вопроса, сам понимаешь дел у меня невпроворот, так что решать ещё и личные дела подданных слишком отягощает, я всегда считал, что для этой цели все мои службы и нужны, — поморщился Павел.
— Павел Владимирович, к сожалению, но дело с которым я приехал к вам можете решить только вы, — устраиваясь на более удобном кресле, чем в приёмной, сказал Воронов. — Я, как представитель рода Вороновых, хочу просить у вас руку и сердце княжны Гроховской Светланы Юрьевны для своего сына, Воронова Алексея Максимовича.
— Мне кажется, или ты меня пришёл разыгрывать? — посмотрел гневно на гостя государь. — Причём тут сватовство твоего сына и Гроховской?
— Не как нет, Павел Владимирович, — спокойно ответил Воронов. — На данный момент взрослых близких родственников по крови кроме вас у неё нет, следовательно, просить руку, по традиции, я должен у вас.
— В чём-то ты прав, — задумчиво сказал Павел. — Но она сама согласна?
— Павел Владимирович, вы ведь понимаете, что такой сильный род, как Гроховские не могут быть без нормального главы, если вы понимаете, о чём я, матриархат в наше время не в цене, — всё так же спокойно продолжал говорить Максим.
— Понимаю, и даже в чём-то соглашусь, но, увы, Светлане я дал слово, что она сама выберет себе избранника, — покачал задумчиво головой правитель.
— И по моим данным ни кого на примете, из благородных, у неё нет, — улыбнулся Воронов. — А мой сын силён, хорош собой и умён — он станет правильным главой рода и поддержкой Империи.
— Да, из благородных нет, — всё так же пребывая в лёгкой задумчивости, сказал Павел, вторую часть слов Воронова он пропустил, обычная бахвала.
— Вот видите, — сказал Максим. — Вы просто с ней поговорите, напомните об ответственности перед родом, да и своей властью, как Император, вы тоже можете воспользоваться.
— Императорское слово в данном деле не приемлемо, — гневно посмотрел на гостя правитель, и он не мог понять, что же его больше выбесило: его улыбка или его желание воспользоваться Императором, как простым инструментом.
— Как будет вам угодно, Павел Владимирович, — сидя на кресле, поклонился Воронов. — Когда бы я мог узнать о результатах сватовства?
— Когда дети хотя бы познакомятся друг с другом, кота в мешке Светлане я не желаю, — поморщился Император.
— Как скажете, — поморщился в ответ Максим, сравнение его сына с котом в мешке, его не сильно порадовало. — Но хотя бы о результатах разговора между вами и Светланой Юрьевной, я, когда смогу узнать.
— Не раньше конца недели, если у меня будет время встретиться с племянницей, — ответил правитель и взялся за документы, лежащие на столе, дабы показать, что аудиенция закончена, но не успел он даже поднять один лист, как дверь в приёмную отворилась.
— Прошу, вам нельзя туда, Император сейчас занят, у него гость, он не сможет вас принять, — в панике говорила личная помощница Павла Владимировича, неизвестному гостю.
— Деточка, не переживай, меня он точно примет, тем более я уверен, они уже закончили, — проговорил старый, но сильный, голос.
— Но нельзя, так, — всё пыталась Елена Сюркина образумить незваного гостя. Хотя был ли он таким Император сейчас сказать не мог, ведь он узнал голос, этого старого, но сильного мужчины, что не один десяток лет справно служит Империи из тени.
— Деточка, всё в порядке, иди лучше две чашки кофе нам принеси, — улыбаясь своей фирменной улыбкой, в кабинет вошёл, седовласый мужчина, а затем направил взор на Императора и его гостя. — Ба, Павел Владимирович и Максим, приветствую вас. — поклон, естественно, был только один и предназначался он только правителю.
— Иосиф Валерьевич, добрый день, — правитель встал из-за стола и подошёл поближе к Юдину, дабы поприветствовать его. — Какими судьбами в наши края?
— Да вот, мимо проезжал, дай думаю, заеду, посмотрю как сын моего друга поживает, — улыбнулся в тридцать два белоснежных зуба, сказал мужчина.
— Павел Владимирович…, - попытался напомнить о себе Воронов, но был беспощадно прерван.
— Максим Владимирович, с вами мы закончили, о результатах либо я, либо канцелярия вам сообщит, — холодно сказал правитель, Воронову и отвернулся от мужчины.
